laertsky.com
Главная страница
Карта сайта
Форум
лаэртский
Дискография
Песни и аккорды
Стихи und поэмы
Альбомы в mp3
Лаэртский Бэнд
Голоса Родных
Концерты
Акварели
Wallpapers
Ответы на письма
Бесило-Радовало "Медведь"
со стороны
Переводы
Видеозаписи
Радиоэфиры
Публицистика
Иллюстрации
Подражания
монморанси
О программе
Эфиры 1992-95
Эфиры 1996
Эфиры 1997
Эфиры 1998
Эфиры 1999
Эфиры 2000
Эфиры 2001
Silver Rain
Заставки
Терминология
Сайты гостей
реклама
laertsky.com  |  архив рассылки  |  № 152  


Записки из мертвого города

Грозный, 1985. Быт и нравы аборигенов

Между Советом Министров и гостиницей "Кавказ" был маленький переулочек, забитый инкассаторскими машинами, которые, казалось, стояли здесь вечно. Какие деньги? Куда возить? Кто всерьез думал о деньгах в дремотные 70-е в безмятежном южном городе?

Однако в нашем убогоньком переулочке имелось "Срочное фото", где всегда быстро и относительно добротно воспроизводили наши напряженные физиономии. Почему взрослые люди работают так качественно, быстро... и при окладе меньше ста? Я держал их за редкую разновидность психопатов - пока сам не проучаствовал в добывании для этих трудоголиков муфельных печей. В которых они выплавляли из отходов фотопроизводства серебро. Проведя по своему ведомству безобидную директиву об "утилизации отходов"...

Под фотографами имелся подвальчик. В подвале была звукозапись, в которой сидел паук по имени Салман - единственный в Грозном человек, который мог безнаказанно переписывать с диска на пленку любую идеологическую диверсию любому владельцу пяти рублей.

Мир музыкальных пристрастий грозненских аборигенов стоял на трех китах. Главным китом был Демис Руссос. У каждого чечена в машине обязательно должен был наличествовать магнитофон, воспроизводящий его в режиме "нон-стоп". В отсутствии музыкального сопровождения любой автомобиль терял культовый статус и превращался в никому не интересную деталь пейзажа... Вторым был заслуженный артист Чечено-Ингушской республики Юрий Антонов, третим - группа "Смоки". Основным поставщиком этой продукции и был Салман.

Но природа, как известно, не терпит непарных явлений. На противоположном от Салмана полюсе грозненской духовной жизни обретался некий Майербек. В отличие от Салмана Майер занимал чуть не половину торговых площадей в магазине "Электроника", принимая от населения старые телевизоры и выдавая квиточки на приобретение новых со скидкой. Майербек принципиально увлекался только той музыкой, которой не было у Салмана. При этом для того чтобы что-либо у Майера записать, требовались длительные переговоры и много чего еще. У Салмана все было строго по-деловому и без сантиментов: деньги - товар, в кредит - процент... Зато у Майербека была сокровищница, и никто не знал наверняка, какие перлы там хранятся.

Но однажды некий злоумышленник, человек не грозненский, в благостное майское утро зашел в салманов подвальчик. Салман занимался любимым делом - отшкарлупывал подсохшую коросту на очередной болячке. Незнакомец приступил к делу без предисловий.

- Дэвид Боуи. Фирма. Вышел месяц назад. Запечатанный. Полтинник. - На прилавок был положен поблескивающий целлофаном альбом.

Салман сделал умственное усилие. Этот Боуи, которого он сам называл Бовьё, его совершенно не интересовал. Но Майербек кое-что из Боуи в свое время подкупил. И Салман прекрасно понимал, что незнакомец, помыкавшись по городу, рано или поздно до Майербека дойдет. Полтинник за запакованный альбом - это просто смешно. Следующая такая пластинка дойдет до Грозного не раньше чем через полгода, а полгода пофыркивать в сторону заклятого врага - это дорогого стоит... Салман взял конверт и внимательно изучил целофановый шов.

- Сороковник даю, больше нет, - соврал он и дружелюбно улыбнулся.

Как выяснилось впоследствии, через двадцать минут подобная сцена разыгралась в магазине "Электроника". Еще через какое-то время оба деляги, прослушав пластинки, поняли - что они купили. (На мой вкус, у Боуи случались кризисы и пострашнее.)

Тут в нашей истории появляется Муса. Из Старых Атагов Мусу привезли на возмужание в Грозный после окончания десятилетки. Читать и писать он при этом не умел. Но имел деньги, коими для возмужания его снабдили в избытке. За адаптацией Мусы в блестящем новом мире следил с восхищением весь город. Так, например, за неделю до нашей истории Мусе продали джинсовые носки Джона Леннона. И научили пользоваться "дихлофосом" для привлечения и совращения женщин. Всем, надеюсь, понятно, что именно спрыскивалось жгучим инсектицидом?

К Салману Муса ходил, как на работу. Потому что одним из обязательных пунктов превращения сельского джигита в городского крутого являлось музыкальное образование.

- Салам алейкум, Мусик! Муу долш (как дела)? - завопил наш паук, едва тот показался на пороге, пованивая "дихлофосом".

- Дик ду (отлично)! - потупился гость, смущенный пафосом хозяина.

- У меня к тебе подарок. Решил тебе подарить. Настроение такое.

Муса насторожился. Все подарки, которые ему делали в нашем гостеприимном городе, приносили ему немало хлопот. Взять хотя бы ту полосатую палочку, которой нужно было приветствовать работников ГАИ, стуча ею по капоту милицейской машины.

- Подарок потрясный. Запечатанный новый диск. Самый модный в мире. В городе больше ни у кого нет. И всего за полтинник. (Муса изумился щедрости Салмана.) Вали, счастливчик! Бабки завтра принесешь.

Дальше судьба вела его на коротком поводке. Пройдя по улице, он остановился испить газированной воды. Но стакан с водой из автомата достала на опережении волосатая толстая рука Майербека... Через три минуты Муса стал обладателем двух единственных в Грозном последних дисков Дэвида Боуи.

Доброта переполнила юношу до краев, и он решил ею поделиться. Половиной сокровищ можно было пожертвовать. И понятно кому - Роме Аракеляну. Рома был очень стильный парень. Но приятельствовать с Мусой Рома откровенно брезговал, и Муса очень от этого страдал. А единственное, на что Рому по жизни пробивало, - это на редкие пластинки.

Муса позвонил. И сказал про Бовиё. И Рома пригласил его к себе.

Мы сидели с Ромой на кухне его квартиры на Южной, пили кофе и предвкушали появление дароносца... Вдруг из прихожей потянуло пластмассовой гарью.

- Проводка? - нервно вскинулся Рома и метнулся к входным дверям. Через несколько секунд он на цыпочках вернулся на кухню и поманил меня за собой. На площадке первого этажа сидел на корточках Муса и жег маленький костерчик из виниловых щепочек и клочьев картона. При этом он грустно напевал свою любимую песенку: "Тъэйса, Муса шо ва ша ву// Цири нана матуша ю// Цири дада ищейка ю// Ищейка ши тол ши метр ю". (Перевод: Тейса и Муса братья. Их мать домохозяйка. Их отец ищейка. У ищейки два яйца по два метра.)

- Что случилось, Муса? - участливо спросил Рома.

- Беда пришла, Ромик, - Муса закурил и подбросил в костерчик еще винилу. - Грохнулся наш Бовьё. Разбился на хер. Дважды. И первый, и второй. Выходил из такси и дверцей влупил. И он вдребезги. А я его даже не послушал...

P.S. Названия пластинки я вам не скажу.

Павел Мусоров - "Консерватор", 23 мая 2003

 

  laertsky.com  |  архив рассылки  |  № 152
продукция
Условия
Футболки
mp3 Лаэртского
mp3 Монморанси
mp3 Silver Rain
Видео и прочее
Фоновые картинки
Рингтоны
игры
Убей телепузика!
Настучи по щщам
Дэцылл-Киллер
Долбоёбики
Охота на сраку
прочее
Читальный зал
Музей сайта
Гостевой стенд
Картинки недели
Архив рассылки
Голосования
"Месячные"
подсчетчики

 

 

Александр Лаэртский: laertsky@mail.ru. Администрация сайта: vk@laertsky.com.
По всем деловым вопросам пишите на любой из этих адресов.
При использовании оригинальных материалов сайта просьба ссылаться на источник.
Звуковые файлы, размещённые на сервере, предназначены для частного прослушивания.
Несанкционированное коммерческое использование оных запрещено правообладателем.
  laertsky.com     msk, 1998-2017