Публицистика - "Новая газета

Как мы съели Сашка Лаэртского

"Вечерка" всегда была веселой газетой. Коллектив журналистов подобрался молодой, творческий, на выдумки гораздый. Почти все - вчерашние студенты (а некоторые одновременно учились). Не проходило недели, чтобы кто-нибудь чего-нибудь не придумал: конкурс, игру для читателей, турнир спортивный, еще чего. Особенно любили мы, вечно голодные журналисты, кулинарные конкурсы Аллы Коваль. Читатели приносили в редакцию разные вкусности, мы их фотографировали, публиковали рецепт в газете, а потом съедали (вкусности съедали, естественно, не газету).

Вечеринка с гусем на пл. Костюшко, 3.
Слева направо: А.Обыдёнкин, Е.Зызин, Ю.Манов, А.Лаэртский, В.Михайлов

Не меньше радовали нас и посетители. Кто только ни приходил в "Вечерку": космонавты, экстрасенсы, дрессировщики, гениальные поэты (непризнанные пока), стриптизерши, легионеры, церковнослужители, ОМОНовцы и т.д. А однажды с неофициальным визитом прибыл Александр Лаэртский! Самый известный российский матерщинник скромно пристроился на диванчике в отделе информации, пил пиво и отвечал на вопросы дотошных журналистов исключительно в нормативной лексике.

В завершение интервью Лаэртскому была торжественно вручена индоутка - птица, подаренная нынешним советником приморского губернатора Дарькина Сашей Твердовым нынешнему помощнику депутата Горсовета Диме Проскурину в отместку за какую-то нелицеприятную публикацию. Очумевший птиц долго скрывался в редакционном туалете, но вскоре был общими усилиями выдворен из клозета в распростертые объятия "вечеркинцев". Пернатый Лаэртскому понравился, и он тут же дал селезню имя, окрестив в честь себя Сашком, и обещал посвятить ему песню. Почти нематерную. Тем же вечером мы отдыхали на концерте Лаэртского в "Нефтянике", а птица Сашок до поры была отдана в заботливые руки нашего сторожа Михал Данилыча. Накануне Рождества Михал Данилыч пришел на смену и сообщил, что "Сашок готов"!

- В смысле? - спросил я.

- С яблоками, - ответил сторож.

Пришлось бежать в магазин, чтобы Сашка помянуть и съесть вместе с яблоками. А Вадим Михайлов, которому индоутятины не досталось по причине командировки, долго еще ходил по "Вечерке" и грустно напевал: "Детства моего чистые глазенки..." Это была его любимая песенка.

Юрий Манов, "Новая газета - Рязань", 04.11.2003