laertsky.com
Главная страница
Карта сайта
Форум
лаэртский
Дискография
Песни и аккорды
Стихи und поэмы
Альбомы в mp3
Лаэртский Бэнд
Голоса Родных
Концерты
Акварели
Wallpapers
Ответы на письма
Бесило-Радовало "Медведь"
со стороны
Переводы
Видеозаписи
Радиоэфиры
Публицистика
Иллюстрации
Подражания
монморанси
О программе
Эфиры 1992-95
Эфиры 1996
Эфиры 1997
Эфиры 1998
Эфиры 1999
Эфиры 2000
Эфиры 2001
Silver Rain
Заставки
Терминология
Сайты гостей
реклама
laertsky.com  |  публицистика  |  2001  


Закрытие программы "Монморанси". Хроника событий

9 апреля 2001

Эфир "Монморанси" с участием Сергея Жарикова. Полная стенограмма - здесь, звук - здесь.

 
15 апреля 2001

Сообщение на сайте laertsky.com: "В связи с возникшими разногласиями с руководством "Эха Москвы" программа "Монморанси" 16 апреля не выйдет в эфир".

Позднее на сайте был размещён транскрипт данного эфира. Очень кривой, правда.

 
17 апреля 2001

Волос внутри головы

"Эхо Москвы" - не радиостанция, а тоталитарная секта, управляемая религиозными фанатиками, видящими в русских патриотах угрозу банкам Гусинского, безграничной власти Еврейского конгресса, неумолчному словоизвержению Венедиктова, напоминающего проснувшийся десять лет назад грязевой вулкан. В самый разгар борьбы за "свободу слова" Венедиктов уволил талантливого ведущего Александра Лаэртского, пригласившего в ночной эфир автора газеты "Завтра", яркого теоретика контркультуры, знатока русского рока Жарикова. Стоило последнему иронично отозваться об истерике НТВ, стоило Лаэртскому сообщить, что в следующем эфире появится главный редактор "Завтра" А. Проханов, как Венедиктов, эта совесть либерализма, свободолюб и защитник инакомыслящих, указал Лаэртскому на дверь. Приглашаем Александра Лаэртского на страницы "Завтра". Несостоявшийся эфир может обрести вид газетной беседы, а Алексей Венедиктов пусть и впредь носит свой парик, скрывая страшный врожденный волдырь на темени.

В это же время, под вопли о попрании "свободы слова", запрещен выход в прямой эфир с программой "Русский Дом" Александру Крутову. Отныне передача идет только в записи - то есть через цензуру.

Соб. инф., "Завтра", # 16 (385)

 
26 апреля 2001

Вслед за НТВ свобода слова под угрозой и на самом продвинутом информационном радио страны. В эфире здесь было отказано арбатскому таланту, неформалу, поэту, прославившемуся своими матерными виршами - Александру Лаэртскому. Руководитель "Эха Москвы" Алексей Венедиктов отказал ему от дома после того, как в авторской программе Александра выступил небезызвестный Александр Проханов.

"Московский комсомолец"

 
28 апреля 2001 (Сергей Бунтман, "Без посредников")

...Андрей спрашивает: "Зачем вы скрываете, что Лаэртский был уволен за свою позицию по ситуации вокруг НТВ?" Мне уже давно пора джингл записать, как я и обещал ночью, что Лаэртский в творческом отпуске, его позиция по НТВ - это его позиция по НТВ, коли она была, я не знаю. Я вообще не слышал ее, спал в ту ночь. И Лаэртский по нашей взаимной договоренности ушел до сентября. Какая бы газета что ни писала, кто бы что вам ни говорил, это именно так, а никак иначе. Уже устали этим заниматься.

...Напоминаю, что Саша Лаэртский в творческом отпуске, а каждый из него делает такого Гудвина. Каждый считает, что он отсутствует в эфире по приглашению того гостя, которого бы хотел видеть кто-то из слушателей. Борис, например, "это приглашение Проханова". В творческом отпуске, все нормально.

Насчет Саши Лаэртского кто бы вам что ни говорил, это все ерунда. То, что мы говорим, это правильно, и все. Я за это отвечаю. Все, про это до свидания.

"Если Вам надоело отвечать, объявите, когда конкретно выйдет из творческого отпуска Лаэртский". Вадим, чисто конкретно выйдет Лаэртский, должен выйти у нас в сентябре.

...Слушатель: Не честнее ли было дать слово Лаэртскому, чтобы он объяснил, в каком он находится творческом отпуске?

Бунтман: Правильно, так мы и сделаем.

 
10 мая 2001

На сайте laertsky.agava.ru опубликована следующая заметка.

Послесловие

Первое мое впечатление о разрухе, частичной, конечно, "Монморанси" связано было даже не с тем, когда я услышал анонс (!) программы днем, в коем Кравинский кавээнским методом сдирания чужого стиха и переделывалова его под тему рассказал, что у Саньки будет Жириновский. Не-ет! Это случилось гораздо раньше, когда я стал замечать одну говенную тенденцию: фоновая музыка, разнообразие которой было, скажу так, визитной карточкой "Монморанси", поимела весьма несправедливое урезание в одну композицию вечно гонимого Густава Малера, что произошло году в середине двухтысячного. Бывало, за один эфир сменялось до трех-четырех композиций, от играющего за стеной Алексея (давно мы не слышали: "Лёш, не играй!", а?) до оркестра, исполняющего чего ни попадя, главное, чтобы это было классической музыкой.

Но последний, закончившийся волей отнюдь не ведущего, сезон, который начался девятого июля двухтысячного годца, был, насколько я могу судить, неплохим эфиром - унд, понимающие внимательно слушающие люди, имеющие грин-карту "Монморанси", поймут меня, ибо до сей славной даты немецким Саня пользовался крайне редко и непостоянно - и именно он, данный эфир с госпожой Анциферовой как начался музыкой Малера, как закончился, так более ничем иным и не начинался. Это меня огорчило немерено, были, безусловно, случаи, когда по несколько эфиров шли с единым Алексеем за стеной, но это не улонгировалось в целые сезоны, когда постоянными слушателями становились:

1) Матерящаяся собачатина - здесь и лениноненавистники, и просто какое-то блядство, видимо, испытывавшее от выкрикивания в дуду нечленораздельного звука сексуальную разрядку;

2) Также и достойные люди, ценящие Лаэртского, которые, тем не менее, иного музыкального сопровождения и не слышали. Именно для них, кстати, Саня говорил в начале беседы такую телегу, дескать, вот, эта музыка, которая является символом того, что "у нас в студии появились гости..." в то время, когда сие произведение раньше было лишь частью музыкальной некой целой фонотеки.

Если продолжать говорить о ненараставшей, но стабильной деградации действа, происходившего в известную ночь, то таким маячком ее, деградации то бишь, была еще такая пагубная тенденция, как заполонение эфира концертными записями всеразличных коллективов и ансамблей зарубежных. Я не верю, что сунуть в эфир было более нечего. Быть может, в душах и прочих потрохах некоторых - надеюсь, не всех! - людей, которые не спали минимум одну ночь в неделю, сейчас, при прочтении данных символов, имеющих смысл только для людей грамотных, интеллектуально одаренных, нестандартных мозгом, взметнется просто ураган ненависти к одному из скромных их соратников по эфиру, ибо им было по кайфу прослушивание записей концертов, происходивших где попало, но, друзья, простите, я все же встану на один подоконник с Борисом Борисовым, говорившим мои попросту мысли Саньке в ушную раковину. Никогда, по крайней мере, за те три года, что я сами понимаете что делал, не было даже такой формулировки - "...а затем мы с вами прослушаем концерт замечательной группы... который я имел честь созерцать... а сегодня дам вам возможность прослушать". Это уже совсем иные пироги, я даже, не побоясь быть кощунственным, скажу, что это какое-то, прости, Господи, ди-джейство чистой воды. Ну, господа! Мы с вами ж всегда ценили "Монморанси" совсем за другое!

В заключение сей мощной телеги, открывающей, надеюсь, целый цикл телег, посвященных именно обзорам и прочим текстам, скажу так. Никакое другое существо, будь то карась или будильник или что-то иное, не сможет заменить нам Сашку Лаэртского. А вся та байда, которую я пишу, она только позволяет мне выплеснуть то дикое количество мыслей, которое во мне постоянно накапливается.

Харрис

 
15 мая 2001

За что Лаэртского отправили в отпуск

Выдержка из интерактивной пресс-конференции Алексея Венедиктова.

Ведущий: Такой, я бы сказал, исторический вопрос. Михаил Ломакин из Москвы спрашивает: "За что выгнали Александра Лаэртского?"

Венедиктов: Ни за что не выгнали Александра Лаэртского. Александр Лаэртский находится в отпуске. Но пришла пора рассказать эту историю, потому что она меня "достала". Я ее расскажу подробно и впервые для пользователей про Александра Лаэртского, потому что действительно достали: выгнали, уволили, убили, не знаю. Никто с ним связаться не может. В сентябре я получил письмо из Министерства печати о наличии матерных выражений в программе Александра Лаэртского и предписание о том, что в следующий раз будет сделано предупреждение и следовательно "Эхо Москвы" будет лишено лицензии. Я пригласил Сашу... Когда идут песни и там есть мат - это нормально, это художественное произведение. Здесь я могу отбиться в суде от любого. Или, когда позвонит слушатель, но это не ведущий, что тут сделаешь - у нас прямой эфир. Но, когда в речи гостей и в речи ведущего это употребляется... Действительно, министерство может иметь к нам претензии. И мы с ним договорились, что этот вопрос снимается, что он сделает все, чтобы мата не было ни в речи гостей, ни у него. В январе произошел повтор ситуации и я получил еще одно письмо. Это не было предписание, это был намек на то, что сейчас будет предупреждение. Причем, слушатели писали в министерство, эти документы у меня есть, что ведущий и его гости употребляют нецензурные выражения. Я проверил расшифровку - это правда. Я снова позвал Сашу. Сказал - "Саша мы с тобой же договорились, я тебя очень прошу, ты подставляешь радиостанцию. Я не хочу терять лицензию из-за этого. Я могу потерять лицензию, если меня будут заставлять информационную политику менять. Хорошо?" Мы опять договорились с Сашей Лаэртским, он сказал: "никогда в жизни больше не будет!" Вот это есть наша договоренность. И в апреле, приехав, я получил два предписания. Одно из них из Генеральной Прокуратуры по этому поводу. Оно у меня лежит на столе. И другое, опять же из Министерства печати, что я не выполняю то, что... а я же пишу в Министерство, что приняты меры, выговор объявлен и так далее. Я вызвал Сашу, сказал: "Саша, сейчас у "Эха" тяжелое положение. Сейчас могут придраться, закрыть "Эхо" и никто ничего не скажет. А правда же! Я тебя очень прошу, ты берешь отпуск на 4 месяца и уходишь в этот отпуск. В сентябре мы возвращаемся к разговору. А я пишу в Генпрокуратуру и Министерство печати, что контракт с тобой приостановлен". Мы договорились об отпуске? Мы договорились об отпуске. До сентября? До сентября. Пожали руки, разбежались. Точка. Я считаю, что Саша не выполнил своих обязательств по отношению к "Эху Москвы". Он подставил "Эхо Москвы". Я не говорил об этом ни в прямом эфире, потому что считал, что наши договоренности с ним об отпуске должны соблюдаться. Но он вывесил на своем сайте, что у меня с ним разногласия. Да, эти разногласия связаны с существованием "Эха Москвы". Да, я очень ценю Сашу Лаэртского, как ведущего и надеюсь, что он в сентябре вернется на "Эхо Москвы". Но я не могу и не будут подставлять радиостанцию из-за того, что Саше захотелось сказать красиво пару слов в эфире. И последнее. Он вывесил распечатку последнего эфира своего, но неполную. Оттуда убрал все матерные слова. Так не делают. Надо сделать полную распечатку, чтобы всем было видно за что ты ушел в отпуск. Вот вся история.

Ведущий: Более чем понятно.

Информационное агентство "Пресс-центр.Ру"

 
19 мая 2001

На сайте laertsky.agava.ru опубликована следующая заметка. По поводу мата в последнем эфире М.

Пианюга

Часто нам, работникам шоколадных фабрик, рядовым служащим фабрики Бабаева, приходится сталкиваться с невежеством своих сослуживцев, с которыми немало шоколадных и прочих плиток было отлито, я имею в виду, в формочки, сами друг другу, так сказать, ковши подавали, обёртку накручивали, прочей байдой занимались, а тут вдруг ему крикнешь, дескать, Коль, подай коробку, а он к тебе так вразвалку подойдёт да и нахлобучит по щам. Шокирует это, конечно... К чему я это? А помните, Санька что сказал, когда еще имел возможность сказать: если в слабом мозгу вздыбливание происходит, то это неспроста. Так и здесь. Вы поглядите, что "совесть либерализма"-то учинила? Всё мотался по командировкам, туда-сюда, секс шоп, секс-тур, по заграницам с девками, и ради чего? Всё думал, что бы рассказать, поведать изголодавшимся по информашке об Монморанси слушателям. Вообще, конечно, отношеньице на Эхе к слушателям весьма говённое, что и говорить... объяснился-то он, Лешка, то бишь, не в Без посредниках, на фоне мычания согласного со всеми мыслями главреда БунтмАна, а в интернете, куда им, женщинам бальзаковского возраста, являющимся, по сути, основным процентом слушательниц Монморанси, ходу нет, соответственно, и информации нет... ну да ладно, речь не о том. Пианисты, они народ, конечно, специфический, что и говорить, но всё-таки Алексей-то не Георгий Кадык, которому нормальные люди в качестве дантиста всегда предпочтут Исаака Раввиновича Цвацмана, пианюга-то больше в сторону последнего склонен в силу пятой графы или как там ее у нас, бюрократов, называють.., а повел себя просто что твой Киселёв. Конечно, умных людей в этой стране не шибко, я и сам недавно совсем понял, что Сашка прав был абсолютно, когда увидел шагающего по корридорам тэвэшести что твой Муссолини человека с ужасным половым органом под носом, до того я не во всем Санька понимал. Но чтобы Венедиктов так лажанулся, этого я не ожидал, даю свою верхнюю челюсть на отсечение. Столько эфиров его за неимением мнмрнс прослушал, так говорит интересно, слушать приятно опять же, но всё же мозг человека, говорящего с Кохом на "ты", просто обязан был выдумать более, что ли, вёрткую, круче сформулированную, веселей обставленную объяснительную телегу на тему, которой уже почти месяц, как она родилась. Я ответственно заявляю, что в программе с Жариковым НЕ БЫЛО мата абсолютно, точно так же, как, например, я могу авторитетно заявить, что если у Алексея будет дочка (вроде что-то уже есть, но я не уверен, что самочка), то бороды у нее, столь мощной, по крайней мере, как у папашки, НЕ БУДЕТ.

А что означает этот ваш мат в эфире? И скажите на милость, дорогой вы наш защитник чужого прайса, вот у вас есть два человека будущего. Один действительно человек будущего, а другой лишь косит под него, побривши растительность на верхней части луковицы, но оставивши нижнюю не тронутой. И вот к пэрвому приходит легендарно-замечательный музыкант, не знаю, правда, что не поделивший с Егором Фёдоровичем Летовым, который просто как человек, видавший что называется, виды, не может говорить без каверзных слов, но при этом его интересно слушать. Далее, приходит к, опять же, пэрвому, потрясающий человек, являющийся тёзкой пэрвого, но его батюшку звали не Лёшей, а Гарри, да. И вот он позволяет себе сказать, дескать, когда у него херовое настроение, то и программа у него тоже изменяется несколько. Пэрвый далее повторяет программы, в которых сам изредка, мало-мальски-понемногу поругивается, в эфире он в прямом тоже разок баловнулся. НО! Это же все ночью происходит, да еще и не с "сб" на "вс", а с "вс" на "пн". Помнится, были у меня какие-то то ли календари, то ли еще какие-то пироги такого типа навроде блокнотов, так там дни недели именно так и сокращались... да! А второй человечек, которого абзац сей тоже упоминал, матерится что твоя торговка сыром на Краснопресненской набережной в тот же самый микрофон целый день напропалую. Я уже боюсь предполагать, что именно пианюга называет матом, но вроде бы тот ассортимент, за коий несчастное Эхо Москвы что-то там Генеральное, Лесок, видимо, грозится нахлобучить, присутствует в равном количестве и у Сашки, и у Андрейки. Леша, родной, я еще раз повторяю: никакого мата в последней программе Монморанси не было. Видать, главредопианистский курушно-яишный мозгушек не долез до такого смелого предположения, что дебилы-радиослушатели догадываются записывать мнмрнс, а потом еще и слушать хватает извилин. Так вот, я, в качестве именно этого самого дебила-радиослушателя, записал программу, а сегодня, буквально час назад дослушал ее до конца, одновременно проглядывая так называемый "транскрипт передачи Монмаранси" с лаэртского кома. Конечно, сделано отвратительно сие, второпях, явно не Саньком, даже я больше того скажу. Можно проанализировать. Семь абзацев. Но если читающий хочет воспроизвести в мозгу ход программы по порядку, то бишь так, как она шла, то надо читать так: (далее следуют номера абзацев) 1 - 5 - 6 - 2 - 3 - 4 - 7. Я тут могу ошибиться, но вроде бы не ошибаюсь. Не знаю, как уважаемый печатальщик делал свою работу, за которую получил, несомненно, нехилый прайс, в то время как мы, простые слушатели, печатаем мозолистыми руками целыми штабелями эти программы задарма, но делаем это в тыщу раз качественней, но он, печатальщик, как-то дюже эксцентрично слушал то, что печатал, видимо. Матерных буквосочетаний там не встречается так же, как и в аудиозаписи мнмрнс. Могу предоставить запись кому ни попадя для убеждения.

Хочется еще потрепаться. Году так в девяносто девятом появилась на Эхе программа "Иное". Когда я это услышал, то понял, что, через семь или шесть лет после начала существования мнмрнс коллеги Санька по радиоточке смикетили фишку. Господин Кокос (какая глупая шутка, идиотская просто) с каким-то журнализом с независимого телевидения подумал, что можно просто бредить, не смешно, не стёбно, а просто круто так бредить. Ну, он, видимо, не прогадал, до сих пор вроде как творит. Мне это напоминает почему-то передачу "В нашу гавань приходят корабли", не знаю даже почему.

Не придумаю, как закончить это, а потому и не стану никак вообще.

Харрис

 
19 мая 2001

Телефонное обращение Лаэртского в программе "Без посредников"

Венедиктов: Сейчас "Персонально Ваш" Александр Лаэртский.

Бунтман: - Я попрошу три минуты внимания, будет телефонное обращение к радиослушателям Александра Лаэртского. Кремлёвских курантов не будет.

Лаэртский: "Ситуация сложилась следующим образом. Грубо говоря, моё отсутствие в данное время на "Эхо Москвы" вызвано некоторыми незначительными творческими вопросами, которые возникли между мною и Алексеем Венедиктовым. Просто ситуация сейчас такова, что времени на решение этих вопросов нету и особых сил и желания их решать в данный момент ни у меня, ни у Алексея тоже нет. Поэтому мы сообща сели, посовещались и решили перенести решение данных вопросов видимо, где-нибудь на сентябрь. Ни о каком увольнении собственно моей персоны с радиостанции речи вообще не идёт, удостоверение при мне. Единственно, что меня сейчас беспокоит, это то, что последний эфир... как-то получилось, что я ушёл, не попрощавшись, по-английски. Хотя выражение "по-английски" тоже неправильно, потому что "туманный Альбион", "остров зла" - до сих пор, заметьте, все люди, которые напакостили в России и их "раскрыли", сваливают именно в Англию, меня это настораживает. Поэтому я просто по-русски заявляю: до свидания - и надеюсь, что все возникшие незначительные рабочие моменты будут решены в сентябре успешно.

Соответственно, никакой конфликтной ситуации между мною и Венедиктовым не возникло. Она и не может возникнуть по той причине, что я работал на данной радиостанции 8 лет, за эти 8 лет было много всякого, поверьте - но все ситуации как-то удачно сглаживались. Просто сейчас такое время, когда, скажем так, всем нужна небольшая передышка. Ещё раз хочу сказать: никто ни на кого не держит никаких обид, мы остались в дружеских отношениях.

Что касается комментариев некоторых газет, то я хотел бы сразу сказать следующее - я парень аполитичный, я не хочу сказать, что асоциальный, но именно аполитичный. Мне не особо по кайфу, когда моим именем спекулируют в каких-то своих целях - к тому же имя невелико, не настолько оно велико, чтобы им спекулировать. Газеты и главные редактора газет в полном праве излагать свои мысли и свои мнения по поводу любой ситуации, но я не имею к этому никакого отношения. Что касается сайтов - не нужно дословно понимать выложенную там информацию о некоем конфликте. Как я сказал выше, это всего лишь творческие вопросы, которые неизбежно возникают между людьми, которые вместе работают достаточно долго. Я откровенно и с полной ответственностью заявляю, что это не конфликт. Решение о моём отсутствии на "Эхе Москвы" было принято сообща. Просто сейчас так нужно радиостанции, так нужно мне".

Бунтман: А на словах Александр Лаэртский просил передать, что вскоре он поедет с очень тайной и странной миссией не куда-нибудь, а в ту самую Англию, туманную и зловредную, о которой он упоминал в начале своего повествования.

Радиостанция "Эхо Москвы"
Программа "Без посредников", 19 мая 2001, 19:50

 
3 июля 2001

В газете "Завтра" опубликована беседа Лаэртского с Александром Прохановым - "До полной трепанации мозга".

 
Ночь с 7 на 8 июля 2001 (Алексей Венедиктов)

..."Если вы не ответите на ту гнусь, которую позволили в отношении вас и "Эха" Проханов и Лаэртский, значит, вы действительно мягкотелый человек". Значит, я действительно мягкотелый человек, Виктор. Что ж теперь делать? Обращать внимание на гнусь? Что такое гнусь? Это комарье. От них можно только смазываться этим, репелентом, что ли, и давить их.

...Аня спрашивает, что произошло с Лаэртским и Прохановым. Я не знаю, что произошло с Лаэртским и Прохановым. Опубликовано огромное интервью с Лаэртским в газете "Завтра" в последнем номере, где, на мой взгляд, он оскорбляет "Эхо Москвы" и меня - я имею в виду и Проханова, и Лаэртского. И что у нас с ними может произойти?

..."Будет ли завтра Лаэртский?" Нет, не будет.

..."На одном из форумов в Интернете опубликована реплика бывшего ведущего вашей программы "7.40", где он пишет, что в 96-м году Вы закрыли эту программу из-за его передачи "Бесы", посвященной будущим выборам. Насколько это соответствует действительности? С уважением, Михаил". Я не знаю про это... Конечно, не соответствует, потому что в 96-м году я не был главным редактором (я был избран главным редактором в 98-м году) - я отвечал только за информационное вещание. Люди набивают себе цену, видимо, если это правда. Неинтересно...

 
Ночь с 14 на 15 июля 2001 (Алексей Венедиктов)

..."В прошлый раз вы были обижены интервью Лаэртского, где он вас оскорбил, а вы сами оскорбляете Путина. Как вы на это смотрите? Повлияет ли интервью Лаэртского на возвращение его программы в ваш эфир? С уважением, Егор из Петербурга". Да, повлияет. Если я остаюсь главным редактором, программа Лаэртского не будет возобновлена в эфире до тех пор, пока на страницах той же самой газеты г-н Лаэртский не принесет формального извинения радиостанции "Эхо Москвы".

..."Что Лаэртский накаркал? Где?" В газете "Завтра", почитайте.

...Да, конечно, если я узнаю, где будет работать Александр Лаэртский, я скажу обязательно.

"А может быть, вы пригласите Лаэртского хотя бы в ночном часе? Вова Попов". Когда г-н Лаэртский извинится там, где он нахамил, тогда возможно его появление на этой радиостанции.

"В каком номере газеты "Сегодня" можно прочитать интервью Лаэртского, которое стало причиной разрыва?" Не газета "Сегодня", Тимур, а газета "Завтра". В предпоследнем.

"Ответьте, и я вам поверю, что Лаэртский заранее был изгнан с радио и что заранее была найдена система его невозвращения. Или это не так? Вам лично поверю. Андрей". Нет, еще раз повторю всю историю. Г-н Лаэртский позволял себе на протяжении осени 2 или 3 раза материться в эфире. Мы получили предписание Минпечати, это было в ноябре, о том, что, в случае повторени,я у нас будет отнята лицензия и мы не сможем вещать. Я пригласил Лаэртского вместе с Корзуном, мы поговорили, Саша дал обещание, что этого не будет. Это было где-то в декабре, ноябре, не помню, не важно это для меня. Было обещание. Затем в феврале, по-моему, пришло представление из Генпрокуратуры, которое было послано Минпечати, о том, что опять мат. Я прослушал эфирконтроль, это была правда, причем, это был не мат в песнях, а это был мат в разговоре. Снова был разговор с Лаэртским. Это был мат не слушателя и не гостя. И снова было клятвенное обещание. И мы отписали, что меры приняты, человек наказан и т. д. И это было второе предупреждение. И, наконец, в апреле, когда я приехал из Страсбурга, а когда я приезжаю, у меня на столе всегда лежит пачка документов, которые пришли за время моего отсутствия. У меня сверху лежала бумага из Минпечати, третья. В данном случае даже не столько меня бумаги волнуют, сколько то, что слово человек не держит. Я потребовал эфирную распечатку. Мне сделали эту распечатку. Я вызвал Сашу и сказал: Саш, нас закроют из-за тебя. Как раз НТВ было, все это дело. Сейчас положение такое острое, что к нам могут придраться и закрыть не по политике, как бы они хотели, а вот по этому делу. Поэтому ты берешь творческий отпуск, мы объявляем об этом, я отписываю в министерство печати о том, что контракт с тобой прерван. А мы осенью возвращаемся в эфир. Оk? Оk. Все. Это все. После этого нас завалили слушатели. Оказывается, что он в эфире что-то говорил про НТВ, про Киселева. Ну и что? У нас тут гости такое несли, что мало не покажется. У нас Немцов говорил хуже. И мы в течение двух месяцев пытались Сашу найти, он не отзванивал нам, видимо, знал, что это такое. Потом нашли и сказали: ты либо скажи что-нибудь, либо скажи, что не будешь работать на "Эхо". Он записал свое заявление. И это все. Мы ждем осени. И вдруг появляется его интервью в газете "Завтра", где он говорит, что он под давлением, про меня что-то. Я считаю, что если сотрудник оскорбляет главного редактора, он просто не может быть на радиостанции, ищи себе другого. Вот, Андрей из Кунцево, я вам ответил. "Вероятно, Лаэртский хочет вернуться на "Эхо" при Кохе". Может быть, хочет вернуться, может быть, даже стать главным редактором "Эха Москвы" при Кохе. Никаких возражений у меня нет.

"Я хорошо помню, как несколько лет назад, в ответ на претензии радиослушателей к мату Лаэртского, вы оправдывали его и говорили: не хотите, не слушайте, переключите на другую кнопку". Вы плохо слушали, Ирина, я очень хорошо помню, что я говорил. Вы говорили о том, что в песнях у него это. В песнях возможно, мы это узнавали, по закону. Это художественное произведение.

"Есть ли какой-то маленький шансик, что вернется в эфир Лаэртский?" - Абдул. Да, конечно, если он в той же самой газете, на той же самой площадке принесет формальные извинения радиостанции и мне. Тогда вернется. Исправь нанесенный ущерб, и всё.

"Вместе с Александром Лаэртским с вашей радиостанции ушла свобода слова". Владимир, а не хотите уйти за ней? Что-то вы меня достали. Читайте газету, где Александр дает интервью. Для вас это свобода слова? Вперёд, Владимир, с песнями и флагами...

 
16 июля 2001

На сайте laertsky.agava.ru опубликована нижеприведённая статья. Навеяло, знаете ли.

Сгоревший транзистор

Алексей Венедиктов требует от Лаэртского извинений

Как и следовало ожидать, "письменный выпуск" программы "Монморанси" в газете "Завтра" вызвал бурную реакцию у руководства радиостанции "Эхо Москвы". Так получилось, что мне довелось послушать два ночных эфира с субботы на воскресенье (07/08 и 14/15 июля), ведомые главным редактором ЭМ Алексеем Венедиктовым (оба раза слушал примерно до 3 часов ночи, вовсе не специально, а поскольку не спалось в ночь глухую - бывает и такое). По ходу, Веника сильно задел ряд высказываний Геройского Орла и его собеседника (Александра Проханова, главного редактора вышеупомянутой газеты) в адрес радиостанции и лично его самого - впрочем, тут ААВ вполне можно понять...

В первом эфире Венедиктов просто огрызался на вопросы слушателей об интервью АЛ данному изданию и отсылал спрашивающих непосредственно к первоисточнику, обзывая его при этом "помойным листком". Во втором эфире также был задан ряд вопросов по теме, в том числе о том, каковы перспективы возвращения АЛ из "творческого отпуска" в свете произошедшего. Ответ был следующим (не дословно, по смыслу - записи у меня нет): "До тех пор, пока Лаэртский не принесёт формальные извинения радиостанции "Эхо Москвы" и мне лично на страницах той же газеты - в эфире его не будет". Думаю, вероятность того, что требуемый акт произойдёт, исчезающе мала - то есть, можно смело считать, что история программы "Монморанси" на волнах "ЭМ" (в том виде, в каком оно существует сейчас) завершена.

Трагедией данное событие считать, безусловно, не стоит. Причин тому две.

1) Собственно функция f = Главный редактор ЭМ (t) не является константой, равной ААВ, хотя бы в свете последних событий вокруг радиостанции, её акций и переговоров относительно будущего собственника. Если "Эхо Москвы" станет "Эхом Газпрома" - видимо, главным редактором будет совершенно другой человек и вообще станция сильно изменит своё лицо. Я бы лично этого не хотел. Только одного урода я бы выгнал ссаными тряпками - думаю, догадываетесь, какого. Который "реплики" произносит и "час петуха" на ТВ-6 ведёт. Всё остальное вполне имеет право на существование. Мне многое может не нравиться, но если Ганапольский или Кравинский меня раздражают - так я их и не слушаю. Достаточно безобидные персонажи, пусть будут.

2) Скорее всего, если Лаэртский захочет продолжить свою радиодеятельность, то с восстановлением программы в каком-то виде проблем у него не возникнет. Радиостанций много всяких, да и децылметровых телеканалов тоже до жопы развелось. Другой вопрос, что обеспечить такую степень свободы, какая была на "Эхе" раньше (не сейчас), вряд ли удастся. Если и дадут ночь вести в свободном режиме, не заставляя треки ставить по плэйлисту в соответствии с "эфирной политикой" - то песни с различными медицинскими терминами точно выдавать в эфир не позволят. Согласитесь, это уже немного не то, хотя в последнее время данные произведения звучали достаточно редко. Исключений лично для АЛ сделано, видимо, не будет - поскольку на всех коммерческих станциях царит пресловутый лицемерный "формат" и подобные звучания в него совершенно не вписываются. Достаточно вспомнить случай, когда с якобы самой "продвинутой" и "свободной" (на самом деле, конечно, самой мажорской и тупорылой) радиостанции "Серебряный дождь" (на самом деле, конечно, "Золотой душ") погнали целую эфирную бригаду после того, как в эфир был выдан трек со стихотворением Вадима Степанцова "История с гимном".

Мне лично для отслуха "Монморанси" по ряду соображений была очень удобна частота УКВ 73.82 - но если программа будет выходить в другом месте, думаю, проблемы решу.

Вопрос, собственно, в другом. Конечно, взаимоотношения двух взрослых и самостоятельных людей (ведущего ночного эфира и "милого его сердцу" (цитата из последнего эфира Мнмрнс) главного редактора радиостанции) - их личное дело. И почему поссорились Алексей Алексеевич с Александром Алексеевичем - никому, кроме них самих, знать не обязательно. Но обоих в данной ситуации можно понять. Если главному редактору приходят несколько предупреждений из министерства правды насчёт "мата в эфире" и ЭМ в связи с этим могут лишить лицензии - ясно, что ему вовсе не надо, чтобы из-за одного перца всю радиостанцию закрыли. И если есть договорённость с данным сотрудником (после двух просьб о том, чтобы сие не повторялось и уверений в том, что не повторится) о том, чтобы он временно ушёл в отпуск, пока у станции сложная ситуация в плане её будущего и как-то совершенно не до данного вопроса - потом очень странно увидеть, как он тебя в газете прямо противоположной политической ориентировки чуть ли не хуями обкладывает и на телегу о том, что "Венедиктов выгнал вас из эфира" никак не реагирует, вежливо помалкивая. А текст в части касающейся там действительно обидный.

Другая сторона бутерброда - собственно суть претензий блюстителей нравственности к содержанию ночных эфиров Лаэртского. Да, так называемая "ненормативная лексика" действительно порой звучала в эфире "Монморанси". Это факт. Но давайте подробнее рассмотрим источники данных звуков.

1) Музыкальные композиции и прочие художественные произведения. Это как раз законом не запрещено (по словам того же Венедиктова) и в ночном эфире вполне допустимо. Тем более, как правило, ведущий в начале эфира или непосредственно перед исполнением данных произведений об этом объявлял. К тому же в последний год подобные песни звучали довольно редко. Мимо кассы.

2) Звонки радиослушателей. Их, как понимаете, контролировать невозможно, поскольку предварительных бесед со звонящими на предмет темы, о которой они будут говорить, на Эхе нет. А если бы и были, всё равно слушателю взять и выматериться - как два байта переслать. Издержки прямого эфира. В дневное время на Эхе такое тоже периодически случается. Звонят разного рода лениноненавистники, хулиганы и просто дебилы. Это наша Родина, сынок. Тоже мимо.

3) Тексты, произносимые гостями программы. Тут сложнее. Рассмотрим последний год (с июля 2000 по апрель 2001), поскольку претензии именно к эфирам этого периода. Я слышал все программы, некоторые, правда, не полностью - вспомнить могу лишь ряд медицинских терминов, употреблённых Ником Рок-н-роллом (22.10.2000) и Аркадием Осипьянцем (24.12.2000). Раньше тоже бывало подобное - достаточно вспомнить дивный эфир году в 94-м с участием замечательного певца (или певицы? Кстати, меня давно занимает вопрос - вот "женщина-врач"... "женщина-секретарь"... "женщина-профессор"... мужской род в большинстве подобных словосочетаний присутствует. И в то же время - "актриса" и "певица". "Женщина-актёр" и "женщина-певец" никто не говорит. Вот интересно, в чём тут дело? Давно хотел у Лаэртского спросить, но теперь, наверное, не получится... жалко)... э-э-э... замечательного певицы Эрика Курмангалиева, которое ничего, кроме матерной ругани и идиотского ржания выдавить из себя не смогло за все те полчаса, которые были ему предоставлены в эфире. Образец можно услышать на альбоме Лаэртского "Вымя" перед 4 треком ("Бодрые Кадрили"). Голос, конечно, впечатляет. Милый мой... прекрасная Рудакова!.. Да.

Так вот, данное млекопитающее Лаэртский через полчаса выгнал на хрен, объяснив случившееся дурной экологической обстановкой в нашем городе. Вопрос - вышеупомянутых гостей программы в случае произнесения ими подобных выражений (что бывает довольно редко и системой не является) ведущий должен немедленно лупить по щщам тяжёлыми корявыми предметами и выгонять из студии? Кстати, в дневном эфире ЭМ тоже был ряд подобных фактов (один раз Андрей Вознесенский читал свою книжку в гостиной Ксении Лариной где-то в 20:30, какие-то юношеские воспоминания вроде, обильно сдобренные данной терминологией - но тут как раз художественное вещание, ладно. Второй раз какой-то цунарефский народный целитель пару раз приложил своих недоброжелателей и завистников в передаче "Утренний обход" или подобной, не помню точно. Довольно давно дело было). Ну хорошо, можно принять претензии к ведущему в данном случае. Но не столь мощные, как "предупреждение радиостанции", принудительный "творческий отпуск" и т.п.

4) Собственно речь ведущего. Тут меня терзают смутные сомнения... Я слушаю программу где-то года с 1994, из них с 1996 более-менее регулярно. Может быть, у меня плохая память - но за всё время непосредственно из уст Александра я слышал матерное слово 1 (один) раз - и то довольно давно, так что к претензиям Минпечати это отношения иметь не может... И ещё три раза он пел собственные песни в сопровождении музыкантов, гостивших в студии: дважды "Песню Про Пупсика" и один раз "Вьетнамец Играет На Арфе" - но это, опять же, художественное вещание. Тот 1 (один) случай называть не буду пока - может быть, мне кто-нибудь напомнит другие моменты? Особенно за последний год? E-mail внизу. А пока - мимо.

Единственное, что приходит в голову - лексическая конструкция, касающаяся того, что находится под носом у нынешнего командира телеканала ТВ-6, он же ведущий передачи "Итоги", светильник разума, гений менеджмента и титан мысли. Но там пресловутого слова ни разу не произносилось, по-моему...

Вот, собственно, все мои мысли по данному поводу. Подождём разрешения ситуации. Что бы ни случилось - всё к лучшему. Nicht wahr?

Владислав (laertsky.agava.ru)
Москва, Гагаринский район. 15.07.2001 - 12:33 msk

 
21 июля 2001 (Сергей Корзун, "Без посредников")

Корзун: Последний вопрос по телефону. Добрый вечер.

Слушатель: Здравствуйте, я по поводу Александра Лаэртского. Я прочитал статью в газете "Завтра", кроме Венедиктова Лаэртский там никого не оскорбил. И отнимать у радиослушателей достояние радиослушателей в лице Лаэртского - я считаю, что это неправильно со стороны радиостанции.

Корзун: Как Вас зовут?

Слушатель: Дмитрий.

Корзун: Вы знаете, на концерт Саши Лаэртского можно сходить в любой момент, я как-то проезжал мимо, увидел афишу - "Саша Лаэртский". Я подумал - давно не слышал ночной эфир... Это было год или полтора назад. Зашел на его концерт, купив билет, и никаких проблем. Поэтому достояние ваше мы у вас отнять никак не можем. Другое дело, что Саша Лаэртский в ночном эфире несколько раз серьезно и грубо нарушил дисциплину эфира, за что радиостанция могла быть подставлена на очень хорошие деньги и на вопрос лишения лицензии. Простой вопрос, достояние или не достояние, решайте сами.

 
11 августа 2001 ("Без посредников")

Венедиктов: ...По-прежнему до 27 августа жду извинений от Лаэртского, чтобы решить судьбу программы "Монморанси", окончательно решить, будет она в эфире или нет, это будет зависеть от Александра Лаэртского, от его поведения...

...Слушатель: Добрый вечер. Недавно выступал господин Венедиктов...

Бунтман: Вот он вас слушает.

Слушатель: Да, я знаю. Алексей Алексеевич, Вы сказали, что Лаэртский уволен, так как он не извинился. А сегодня в "Скандалах недели" выступал Лаэртский, которого представили как сотрудника "Эха Москвы". Как это все согласуется?

Венедиктов: До 27 августа господин Лаэртский в отпуске и является сотрудником "Эхо Москвы". С 27 августа, если извинений не последует, он не будет являться сотрудником "Эха Москвы", а сейчас он в отпуске, это правда.

Слушатель: Еще один вопрос. Вы простите меня, что я такой вопрос задаю, может быть, я ничего не понимаю. Но вы как-то говорили, что он талантливый журналист. А за что вы обрекаете некоторых людей по воскресеньям на такой жуткий бред, на матерщину и вообще на несусветные...

Венедиктов: У каждого различные вкусы. Я не считаю, что это жуткий бред, я считаю, что "Монморанси" очень талантливая передача, но я разделяю талант журналиста и то поведение, которое он в тяжелое для радиостанции "Эхо Москвы" время вел. Если этот журналист извинится, и так, как я этого потребовал, то передача "Монморанси" будет возвращена на канал "Эхо Москвы", если он не извинится, с 27 августа с ним все будет прекращено.

 
3 августа 2002. Не прошло и года!

Алексей Венедиктов требует от Лаэртского извинений - 2

Выдержки из стенограммы эфира программы "Эха Москвы" - "Без посредников". Дата эфира - 3 августа 2002. Взято с эховского сайта.

...Венедиктов: Вы услышите Лаэртского в эфире, Женя, когда Лаэртский принесет формальные извинения "Эху Москвы" в газете "Завтра" и в газете "Московский комсомолец". Только тогда.

...Венедиктов: Вы прочитайте, Александр, что и где сказал Лаэртский. Что я буду всякие враки повторять?

...Слушатель (Алексей Павлович): – А Вы не подскажете, я помню, была такая программа, "Монморанси" на вашем радио...

Венедиктов: Да.

Слушатель: Ее вел Александр Лаэртский. Сейчас вместо нее есть такая программа "Серебро", но уже идет в ночь с воскресенья на понедельник, что достаточно неудобно тем людям, которые работают.

Венедиктов: Предположим, да. Так Ваши предложения какие?

Слушатель: А нельзя перенести опять на субботу?

Венедиктов: Подумаем, посоветуемся с товарищем Плющевым.

Слушатель: Еще такой вопрос. Если не секрет. Может, это уже как-то быльем поросло немножко. Почему расстались с Лаэртским?

Венедиктов: Ну, слушайте, уже объясняли сто раз. Лаэртский дал поганое интервью по поводу "Эха Москвы" и журналистов "Эха Москвы", работая на "Эхо Москвы". Все. До тех пор, пока он не извинится... он сделал это в двух газетах, "Завтра" и "Московский комсомолец". Когда его формальные извинения будут напечатаны в этих газетах, которые, видимо, ему очень близки, тогда мы вернемся к этому вопросу. Если человек работает в корпорации и гадит корпорации, он в ней не должен работать. И если он это сделал от жары, можно понять. Но тогда, извини, выпей водички и извинись. Вот и все.

Слушатель: В этом плане совершенно правильно.

Венедиктов: Только в этом плане. А все остальное пусть придумывают, что угодно. Обратите внимание, что его программу не взяли ни на одно радио. И знаете, почему? Потому что все знают правду. Все главные редактора радиостанций в нашей радиотусовке знают, что произошло на самом деле. Все понимают, что сотрудник, который так себя может повести по отношению к радиостанции, (не к руководству, а к радиостанции), ненадежный. Что же, если он такой великий, его ни на какое музыкальное радио не взяли, а?

Слушатель: В том числе к своим коллегам.

Венедиктов: Конечно. Потому что радио – это люди, это не стены. Поэтому пусть извинится. Хороший, отличный артист, замечательный ведущий, собирал отличную аудиторию. Мне нравилось то, что я слышал. Хотя это не моя... но мне нравилось. Пожалуйста, вот тебе газета, которая выходит, одна, вот тебе газета, которая выходит, другая. Напиши письмо, пусть они опубликуют, и дальше я готов с ним встречаться и предлагать ему эфир. Точка. Вот и все.

Слушатель: Все, спасибо.

Венедиктов: Да, пожалуйста. Так надо управлять корпорациями, я считаю. И так делают всюду, во всем мире. Есть люди, которые уходят по каким-то причинам, потом возвращаются или уходят совсем, но никогда не позволят себе плюнуть, работая в корпорации, даже уйдя из нее, на нее. А если они так, это их выбор, они свободные люди на свободной земле, но и мы свободны в этой ситуации. Поэтому, давайте, мы про это забудем уже, потому что у меня условия не меняются просто.

 

  laertsky.com  |  публицистика  |  2001
продукция
Условия
Футболки
mp3 Лаэртского
mp3 Монморанси
mp3 Silver Rain
Видео и прочее
Фоновые картинки
Рингтоны
игры
Убей телепузика!
Настучи по щщам
Дэцылл-Киллер
Долбоёбики
Охота на сраку
прочее
Читальный зал
Музей сайта
Гостевой стенд
Картинки недели
Архив рассылки
Голосования
"Месячные"
подсчетчики

 

 

Александр Лаэртский: laertsky@mail.ru. Администрация сайта: vk@laertsky.com.
По всем деловым вопросам пишите на любой из этих адресов.
При использовании оригинальных материалов сайта просьба ссылаться на источник.
Звуковые файлы, размещённые на сервере, предназначены для частного прослушивания.
Несанкционированное коммерческое использование оных запрещено правообладателем.
  laertsky.com     msk, 1998-2017