"Будет пухнуть и дальше детская рожа"

4 июня состоится премьера последней на сегодня картины Франсуа Озона "Рики"

"Крысятник", "Криминальные любовники", "Капли дождя на раскаленных скалах", "8 женщин", "Под песком", "Бассейн" – Франсуа Озона всегда с переменным успехом кидало из жанра в жанр, неизменным оставалось лишь его желание во что бы то ни стало удивить, а лучше - эпатировать зрителя. В этом плане "Рики", абсурдистская социальная драма с элементами фантастики, - его самый спокойный и одновременно самый шокирующий фильм.

Смотря последний фильм Франсуа Озона, эту бытовую фантазию о купидоне в неблагополучной семье, эту социальную драму с элементами вымысла, поневоле ловишь себя на цитатах из Лаэртского.

Что-нибудь вроде "Ребенок прочный и к тому же / Кричать умеет дюже громко" или "Будет пухнуть и дальше детская рожа". Или же вспоминается концовка известного анекдота: "Выключите свет! Они на свет ползут!"

Это не цинизм, а вполне обоснованная реакция на чересчур обаятельного ангелочка, который одним своим присутствием делает необязательным сценарий и режиссуру. Известно же, что на фоне детей и животных любой, даже самый талантливый актер выглядит мебелью.

Снятый по рассказу английской писательницы Роуз Тремейн "Мотылек" фильм мало похож на предыдущие работы Франсуа Озона. Неспешный европейский артхаус о матери-одиночке, пытающейся прокормить дочку и работающей на вредном химическом производстве, вяло развивается вполне в духе соцреализма братьев Дарденн или Бруно Дюмона.

Жизнь сера, уныла, как промозглое осеннее утро, на работу идти не хочется, случайная интрижка, перепих в туалетной кабинке - и снова за конвейер... В такой вот вполне обычной и понятной для многих россиян семье и рождается Рики.

Зачали его, возможно, в том самом туалете, а уж химические реактивы и повышенная волосатость отца сделали свое дело. Рики, на первый взгляд, здоровый обаятельный малыш, одна беда - много плачет. Ну, все дети плачут, это у них зубки режутся, впрочем, у Рики одновременно прорезаются и зубки, и крылышки. Натурально, куриные, как из супермаркета. Тем не менее вполне функциональные, на раз переносят Рики из кроватки на шкаф. Далее - везде.

Чтобы ребенок не поранился (ах, как на броуновское движение Рики по квартире реагируют зрительницы! Не каждый режиссер фильма ужасов может похвастаться таким количеством вскриков), ему покупают мотоциклетный шлем, наколенники и налокотники, а детскую кроватку превращают в клетку, накрыв ее одеялом.

Словом, магический реализм, почти как в "Бассейне". Наблюдать за этим довольно интересно, хотя и жутковато, крылья ребенка постоянно кровоточат, да и боязно - вдруг и правда навернется об люстру, он же на свет летит.

Сказка о ребенке с крыльями, безусловно, занимательна и душещипательна. Однако, кажется, Озона интересовало другое. А именно - семья как хрупкая социальная ячейка, место человека в семье, эгоизм материнского инстинкта, главенствующее положение отца.

Странно, не правда ли? И этот человек снял "Крысятник", в котором с холодным любопытством и убийственным сарказмом вскрывал и препарировал, так сказать, язвы буржуазного общества, да и сам институт семьи. С чего бы это его потянуло на столь серьезное исследование темы, которую он раньше не особенно и жаловал?

Мысль о том, что главное в жизни любого человека - семья, довольно сложно принять от главного циника и анфан террибль французского кино. Тем не менее, кажется, на этот раз он не издевается и даже не шутит.

Семейные ценности - наше все, любовь окрыляет, когда б вы знали, из какого сора... Озон говорит прописные истины плакатным языком, на собственном опыте, видимо, решив, что иносказания с трудом доходят до зрителя. (Кстати, наверняка не случайно предыдущий фильм режиссера назывался "Ангел".)

В самом деле эта история одинаково подходит и для Дарденн, и для Уолта Диснея, как и заметил режиссер на пресс-конференции Берлинского кинофестиваля. Но именно Озон смог рассказать ее так, чтобы избежать суровой правды-матки и противопоказанного диабетикам сюсюканья соответственно.

"Рики" делит критиков и зрителей на два полярных лагеря. Одни восхищаются умением режиссера сдержать себя, не пуститься в разнос с шутками типа "А где тут у вас продаются младенцы с дистанционным управлением?", и, поддавшись неконтролируемому материнскому инстинкту, умиляются младенцу.

Другим же просто скучно, грустно, и некому руку подать, а то и оскорбляющие аллюзии на христианство мерещатся.

Впрочем, и те и другие отмечают, что с появлением "Рики" жаргонизм "залететь" заиграл новыми оттенками.

Денис Шлянцев, "Взгляд", 01.06.2009