laertsky.com
Главная страница
Карта сайта
Форум
лаэртский
Дискография
Песни и аккорды
Стихи und поэмы
Альбомы в mp3
Лаэртский Бэнд
Голоса Родных
Концерты
Акварели
Wallpapers
Ответы на письма
Бесило-Радовало "Медведь"
со стороны
Переводы
Видеозаписи
Радиоэфиры
Публицистика
Иллюстрации
Подражания
монморанси
О программе
Эфиры 1992-95
Эфиры 1996
Эфиры 1997
Эфиры 1998
Эфиры 1999
Эфиры 2000
Эфиры 2001
Silver Rain
Заставки
Терминология
Сайты гостей
реклама
laertsky.com  |  публицистика  |  2006  


Отцы и дети

Два молодёжных хлопца, один постарше, другой помоложе, отправляются в путешествие по российским пердям, где проживают их родители и прочие родственники, дико соскучившиеся по чадам и готовые внимать любым нездоровым сублимациям своих отпрысков.

Кстати, значение слова "отпрыски" тут раскрывается в полный рост, ибо люди посторонние просто не стали бы беседовать с этим "столичными штучками", несущими в себе идею глобальной отрицаловки. И уж тем более кормить их отборной говядиной, за которой в соседнюю губернию летали гонцы. Будь эти хлопцы нашими современниками, то у них были бы татуировки в виде свастик, что означает: "Всё хуйня, что не я!" или "Ничего не признаю, что не от меня!"

Это я к тому, что современные нигилисты в довесок к своему пиздежу готовы попортить и свой скафандр. Прежде всего для того, дабы самих себя убедить в том, что их убеждения непоколебимы.

Вообще, никто ведь не видел тургеневских хлопцев голышком! Может у них, и были татуировки? Но это неважно.

Я вот подумал, как они обходились без баб? Их круиз по глубинкам длился не один месяц, и за всё это время тот, который постарше, всего лишь "чмокнул" двух попавшихся ему на пути тёлок и чуть не удушил в сарае своего молодого кореша за какую-то безделицу.

А меж тем "непрогрессивный" папашка этого спасшегося от удушения дурня, прихрамывающий уездный агроном, конкретно вдул молодой, очень красивой приживалке с томными глазами. Типа, сын приехал после долгой разлуки, а батя ему младшего братана-грудничка соорудил.

Типа - у нас отец общий, а мамы разные, должен был говорить всем "Выживший в сарае".

Кстати, эта приживалка - по сути, и есть главная героиня романа. Именно из-за неё случились все геморрои, эндогенные пропотевания и ломка, казалось бы, устоявшихся представлений о жизни у всех дяденек и парубков, составляющих сюжетную вертикаль романа.

Её и звали - Фенечкой! Дичь, по современным меркам. Здравствуйте, меня зовут Феня, я секретарь Виталия Альбертовича!

А в те времена это было простолюдинное имя. Как сейчас Кристина или там Жанна.

В принципе, несчастная Феня оказалась в роли "туристической бабищи". Одной на весь палаточный городок. Доброй и ничего более. А для многочисленного современного байдарочного мудла в трениках, пропахших шпротами, вечно бренчащего на "шиховской" гитаре различную поебень у костра, "доброта" и "доступность" - понятия идентичные. Стоит, например, продавщице в ларьке улыбнуться, обнажив дёсны сильнее обычного, как купивший просроченную банку девятой "Балтики" балбес уже склонен думать, что "курочка" напрашивается на роман с ним - королём всех ларьков.

Только современные "палаточные бабищи" могут и по репе веслом уебать, отстаивая свою "честь", а несчастная крепостная Фенечка могла лишь застенчиво мять кокошник и плакать, например под ясенем. Да.

И тут, к ней, размахивая своим глупым либидо, начинают поочерёдно подкатывать все, кто ни попадя. И эти "все" - не чугунки в косоворотках из соседнего уезда, а барины. От одного из них, уездного агронома-любителя она уже понесла, как тогда говорили.

Вторым в очереди был старший брат этого агронома - либеральный отставной зольдаттен в усцах. Он любил Фенечку скрытною, но мощною любовью. Она напоминала ему его бывшую подружку, которая сперва дала, а потом отвергла и вскорости кинулась, разрушив воину всю его карьеру и собственно, жизнь.

Жаль, что тогда не было Интернета, порносайтов и аськи. Чувак мог бы найти там себе что-нибудь, чатиться и периодически отлучаться в туалетную комнату. Но реалии того времени были таковы, что он мог лишь тупо подкатывать к Фенечке с разными глуповатыми телегами, по типу: "Покажите-ка мне вашего пупсика, Феня!" Чем только дико пугал милую девушку.

А тут вдруг приезжают два столичных юнца, которые не только выводят зольдаттена из себя своими высказываниями, но и начинают тереться возле объекта его желаний. Вначале тот, который помоложе, сынуля агронома, начинает топтать коврики в её прихожей, с той же тупой мотивацией - мол, пупсика, братана своего свежеиспечённого позырить. Но мы то с вами понимаем, что у него на уме было.

Мы понимаем, а он сам, я думаю - нет. Вроде как он ничего такого и не делал срамного, но сами повадки! Если бы его папа-агроном замутил любовь не с Фенечкой, а с какой-нибудь адской жирной тёлкой или с кучером по имени Карп, вряд ли этот хлопец вёл бы себя так же. И по отношению к грудничку, своему новому брату, и по отношению к папашке.

Но к Фенечкиному счастью, молодой барин был сам грудником, и особенной опасности для неё не представлял. А вот его товарищ! Тот да! Спорный персонаж. Все его знают. Базаров - это уже брэнд.

Я так свой отель на Гоа назову. Отель "ВАZAROFF", континентальные завтраки с взбитыми сливками "От Ларика".

Так вот, Базаров сразу вошёл в конфронтацию с зольдаттеном, и эта конфронтация переросла потом в конкретную взаимную ненависть. Базаров так и сказал про зольдаттена - идиот! Имея в виду не столько аристократические замашки оного, а скорее историю его несчастной, несостоявшейся любви.

Однако спустя некоторое время, жизнь повернулась так, что зольдаттен смело мог сказать Главному Нигилисту: "Идиот и ты, поскольку живёшь моим прошлым!" Согласитесь, что жить чьим-то неудачным прошлым - это конкретный отстой!

Вот и Базарова в ходе его скитаний по пердям отвергла женщина, которую он полюбил вопреки своим размазанным саркастичным теориям. И он, то ли от отчаяния, то ли для придания себе уверенности, залапал в беседке Фенечку и поцеловал её. Это был его второй поцелуй в романе и последний в жизни. А первый он нанёс отвергнувшей его модной женщине. Ну не то, чтобы сказавшей "иди ты в жопу", но и не проявившей ожидаемого энтузиазма. А энтузиазма Базарова на них двоих не хватило.

Модная женщина оказалась крутой, как Фрейд. Вот Базаров и полез к доброй, беззащитной Фенечке, чему свидетелем стал наблюдательный зольдаттен, красноречиво вызвавший Базарова на дуэль, и получивший от него пулю в щёгольскую ляжку.

После дуэли Базаров вылечил ему ляжку и отбыл в деревню к своим, по настоящему трогательным родителям. Там он заболел и умер (см. подробности в романе).

Есть такая пословица: "Переставая быть к другим жестокими, быть молодыми мы перестаём". Но родители любят своих детей, невзирая на их убеждения, а дети вырастают и становятся почти точной копией своих родителей, забыв о радикальных убеждениях, навеянных незрелой юностью.

И роман Тургенева "Отцы и дети" - не о мудаках нигилистах, как втирали нам в школе, а о большой любви и прекрасных, добрых, русских женщинах.

А статейка эта - такой реверанс в сторону слова "отпрыски", ибо все мы - отпрыски Фенечкиных современников.

"Медведь", сентябрь 2006

Текст - Александр Лаэртский, иллюстрации - Майк Че.

 

  laertsky.com  |  публицистика  |  2006
продукция
Условия
Футболки
mp3 Лаэртского
mp3 Монморанси
mp3 Silver Rain
Видео и прочее
Фоновые картинки
Рингтоны
игры
Убей телепузика!
Настучи по щщам
Дэцылл-Киллер
Долбоёбики
Охота на сраку
прочее
Читальный зал
Музей сайта
Гостевой стенд
Картинки недели
Архив рассылки
Голосования
"Месячные"
подсчетчики

 

 

Александр Лаэртский: laertsky@mail.ru. Администрация сайта: vk@laertsky.com.
По всем деловым вопросам пишите на любой из этих адресов.
При использовании оригинальных материалов сайта просьба ссылаться на источник.
Звуковые файлы, размещённые на сервере, предназначены для частного прослушивания.
Несанкционированное коммерческое использование оных запрещено правообладателем.
  laertsky.com     msk, 1998-2017