laertsky.com
Главная страница
Карта сайта
Форум
лаэртский
Дискография
Песни и аккорды
Стихи und поэмы
Альбомы в mp3
Лаэртский Бэнд
Голоса Родных
Концерты
Акварели
Wallpapers
Ответы на письма
Бесило-Радовало "Медведь"
со стороны
Переводы
Видеозаписи
Радиоэфиры
Публицистика
Иллюстрации
Подражания
монморанси
О программе
Эфиры 1992-95
Эфиры 1996
Эфиры 1997
Эфиры 1998
Эфиры 1999
Эфиры 2000
Эфиры 2001
Silver Rain
Заставки
Терминология
Сайты гостей
реклама
аренда конференц зала хабаровск
laertsky.com  |  монморанси  |  2000  


Беседа с Дмитрием Зима. Часть 1

Дата - 24.09.2000 г. Время - [0:15 - 3:55]

Оператор машинного отстука - Icebreaker

Александр Лаэртский - Лаэртский, Айрат Дашков - молодой ди-джей, Дмитрий Зима - психоаналитик, автор книги "Расшифрованный Нострадамус"
 

 1   2   3   4 

Лаэртский: Здравствуйте, глубокоуважаемые! Собственно, стукнуло уже 25 сентября и сегодня 355-й выпуск нашей мощной базедовой программы. Соответственно, мы ожидаем в студии гостей, если они благополучно доберутся - время сейчас сложное, уже, в общем-то, все, так сказать, охолодали und оголодали, и поэтому можно ожидать всяческих... ну не то, что неприятностей, а назовём это так - сюрпризов. Хотя вот неожиданные сюрпризы - я, например, считаю, что это - тоже неприятность. К примеру, приносят тебе десять тысяч долларов США - это сюрприз. С другой стороны, ты начинаешь дико метаться - куда бы их спрятать. Это уже беспокойство. Любое, даже радостное такое событие, но неожиданное, в общем-то, являет собой некий геморрой, с которым потом надо как-то бороться. Поэтому лучше, даже если вы кому-то дарите десяточку гринца, лучше об этом предупредить человека, сказать: "На следующей неделе я тебе подарю десяточку гринца". Да, соответственно, если наши гости доберутся, то мы и будем с ними беседовать, и я их по традиции представлю в тот самый момент, когда они расположатся тут и раскидают свои модные седалища по нашим кожаным стульям, кстати, ручной работы одной нашей сотрудницы. Если кому надо, вы звоните в дневное время прям на "Эхо Москвы" и говорите: "Так и так, нам нужно обшить стулья вручную". И, в общем-то, она приедет и всё вам прям это обошьёт. Да. Также сегодня, если успеем, послушаем вторую часть беседы с Марио Корти. Ну и, конечно, будет всяческая музыка. А начать бы мне хотелось, в общем-то, с того, что ещё приходят и письма. В частности, от Наташи Собачкиной пришло письмо со стихотворением, но я его читать не буду, поскольку это стихотворение, в общем-то дико прославляет программу. Вот. А я не хочу заболеть такой болезнью заразной, как-то тщеславие. Ведь очень многие, скажем так, чуть было не сказал - коллеги, радио und телеведущие дико любят, когда их хвалят. К примеру, вот обратите внимание, они с пейджерами сидят и там приходит сообщение: "Ваша программа - лучшая". Ещё до того, как он начал это читать, видно, что он лоснится что твой блин, то есть лицо его, как говорится, радость на нём кружевами вышита, а вместе с ней und глупость. Но, тем не менее, вот для Наташи Собачкиной пьеса.

[ ... ]

Лаэртский: Кстати, хотелось ещё добавить, что до сего момента, к сожалению, пока наш пейджер не функционирует. Мы это вскорости исправим. Я имею в виду пейджер именно программы "Монморанси". Ну и соответственно, как только исправим, я вам сразу же об этом сообщу. Каким образом, - спросите вы, - я об этом сообщу? Естественно, будут развешены плакаты, и также будут ходить люди-рекламы в двух районах. Значит, в районе Коптевского рынка будет ходить женщина, на которой будет табличка висеть и, судя по всему, в Подольске будет ходить. Так что, можете приехать туда и посмотреть. Надеюсь, что это всё мы увидим где-нибудь на следующей неделе, ближе к её окончанию.

[ ... а как это самое ... ... Такие посетители к нам заходят, что приходится каким-то образом производить с ними активное, так скажем, общение. Мало того, тут вот влетел на пульт теннисный мяч только что... ]

[ ... ]

Лаэртский: У нас тут произошла уборка генеральная, всё снова зафункционировало, и, кстати, уже на подходе наши настоящие гости. И буквально вот-вот мы начнём с ними беседу. Ну, естественно, по традиции непосредственно перед началом этой беседы мы их и представим.

[ ... ]

Лаэртский: И я представляю гостей нашей сегодняшней программы: это психоаналитик Дмитрий Зима - автор книги "Расшифрованный Нострадамус", а также книги "Имя и судьба", и, соответственно, психоаналитик он же, и Айрат Дашков - молодой дИ-джей, яркий представитель поколения, которое сменит, собственно говоря, нас, и, как говорится, штурвал будет у них. Да, штурвал, заляп... не заляпанный - как же это сказать - штурвал, чья поверхность потёрта многими мужественными мозолистыми руками геройских капитанов-первопроходцев в областя неизведанные - назовём это так. Ну и соответственно, здравствуйте, дорогие гости! Я очень волнуюсь... м-м...

Зима: Здравствуйте.

Дашков: Здравствуйте.

Лаэртский: Скажите, пожалуйста, сразу вопрос к Дмитрию. Дмитрий, в последнее время в средствах массовых информаций, особенно обладающих, скажем так, возможностью визуально воздействовать на свою аудиторию, то есть в частности, телевидение, активно муссируется тема о неких метеоритах, которые постоянно летают, и даже создаются красочные такие видеомодели, которые опять же выносятся на широкое, массовое обозрение и, безусловно, каким-то образом корректируют массовое сознание вот с этими самыми метеоритами. Исходя из этого, если вы видели эти замечательные ролики, речь там в них идёт о так называемом конце. Конце света, безусловно. Там бегут дикие здоровые животные, именуемые динозаврами, и их лупит этот метеоритный дождь. Соответственно, по простоте своей душевной эти наивные милые люди искренне полагают, что Армагеддон - это и есть либо Третья Мировая Война с ядерным взрывом, либо вот как раз метеоритный дождь, который убьёт всех нас подобно динозаврам. Всё это ничего - каждый имеет право на свою личную точку зрения. Меня беспокоит другое. Меня беспокоит, что теперь же все начнут ходить с мощными противоударными зонтами, попросту говоря, то есть само воздействие на психику. Или, может быть, я тут немножко не прав. Может быть, действительно в их гипотезе есть какой-то смысл и связь с этими милыми ящерками налицо.

Зима: Да, вы их очень хорошо так назвали ящерками. Это действительно ящерки.

Лаэртский: Да.

Зима: Кстати, кто не знает, что такое динозавр. А то мы говорим - динозавр, динозавр. А что такое динозавр? В принципе, это - та же ящерка, только большая-большая. Она кушала много. Чем-то похожа на наших олигархов. Олигарх - это тоже как человек, только он кушает много. Нормальный человек, он на десять долларов нормально поест в день, да? А олигарх - на десять долларов его не прокормишь. Ему надо больше. Вот также и динозавры. И созвучно опять же - олигарх, динозавр - на "р" кончается. Вроде как даже почти что согласная рифма. Вот. А насчёт метеоритных дождей - это, конечно же, серьёзная проблема, да, это - очень серьёзная проблема, если не одно "но". Вот некий классик однажды очень умно сказал - он вообще-то про кирпичи говорил, да?

Лаэртский: Да, да.

Зима: Что кирпич никому просто так на голову не падает. Вот метеориты, по-моему, тоже никому просто так на голову не падают. Это - первое соображение. Поэтому все вот эти гипотезы, что динозавры, они вроде как погибли оттого, что там метеорит упал... то ли всех динозавров перебил, сразу же задавил...

Лаэртский: Либо они впали в панику - там ещё есть такая версия - ...

Зима: Да, конечно.

Лаэртский: ...и дико притоптали сами друг друга, будучи животными, собственно, бестолковыми и доверчивыми.

Зима: Безусловно, безусловно. Если с неба валится такая каменюка, тут не грех и испугаться...

Лаэртский: Тут вон град-то мелкий падает - какой базетизм поднимается, в общем-то среди всех, да.

Зима: Точно. Вот. Это, конечно, версия такая есть. Но вот в принципе она не обоснована. С научной точки зрения именно вот эти космические булыжники просто так на Землю не падают. Есть три другие версии. Вот они, кстати говоря, более логичны и более научны. На самом деле. Вот первая версия, она мне нравится - предполагается, что динозавры не вымерли, а просто измельчали. Измельчали и стали ма-а-аленькими ящерками. Вот они бегают такие... Вот вы знаете, Александр, если за хвост ящерку поймать...

Лаэртский: Отрыв будет хвостовой части.

Зима: И он снова вырастет.

Лаэртский: Снова вырастет, да.

Зима: Но это, конечно, к гибели динозавров не имеет никакого отношения. Но вот...

Лаэртский: Нет, ну тут реально встает вопрос - хорошо, если гигаящерицы все передохли, то каким образом мы имеем сейчас вот этих маленьких ящеров, которые...

Зима: Да...

Лаэртский: ...суть генетически есть яркий прообраз вот тех?

Зима: Да, если бы умерли динозавры, ящерки бы с ними.

Лаэртский: Подорвалась бы вся ветвь.

Зима: Конечно.

Лаэртский: Значит, либо они измельчали, то есть мутировали в ходе мутаций...

Зима: Да, да, да. Просто кушали мало, стали мало кушать и измельчали. Вот я думаю, если олигархов опять наших от кормушки если отогнать, они же тоже могут измельчать и станут обычными людьми. Вот был олигарх, а стал обычным человеком. Ну, если ну нечего кушать...

Лаэртский: Ну, в принципе, мы тут совещались со всеми сотрудниками, сели и подумали - ну что, думаем, будем ли мы прекращать всю эту байду с олигархами вообще, будем ли менять и ставить уже, наконец, других людей на их посты. Согласитесь, что в принципе любое государство без олигарха, как певица диско без панталон und микрофона.

Зима: Да, да, да.

Лаэртский: Может быть, это отрицательный такой образ - но, по крайней мере, не положительный, но необходимый любому государству. Согласитесь.

Зима: Да, без олигархов будет пусто. А главное - что смотреть по телевизору. Вот представляете себе - 150 миллионов россиян ждут новостей об олигархах.

Лаэртский: В принципе, ситуация, кстати, резко изменилась.

Зима: Да?

Лаэртский: Если раньше, к примеру, назовём их так условно, ОНИ могли наблюдать за жизнью и таким мелким копошением народа, то сейчас происходит обратное, то есть вот народ занял место на этом стадионе, а внизу происходит битва вот этих вот гладиаторов. То есть, к примеру, куда делась Берёзка? Вот сейчас исчезнет Берёзка и Гусёк, что делать-то?

Зима: Ой-ой-ой.

Лаэртский: Скучно! Это же страшно будет.

Зима: Да, да, да.

Лаэртский: То есть, практически это уже национальные герои. Это символы. Это же дикая борьба. Или Лесок, к примеру, целый. Трое. Треугольник, да? Лесок, Берёзка и Гусёк. Вот раз - их и нету! Это же всё! Пустота. Народ же будет требовать...

Зима: Это страшное дело.

Лаэртский: Страшное дело.

Зима: Страшное дело. Но вы знаете, в принципе, вот это есть большая опасность и с динозаврами она тоже связана. Не зря мы назвали свою одну из последних работ вот именно "Роль динозавров в олигархическом капитализме в России". Это действительно, сходства очень классические. Они буквально иногда один в один просто. Тут даже вот бери и списывай с жизни. Не надо, не надо ходить в палеонтологический музей. Кстати, я хотел бы посоветовать туда сходить. Это...

Лаэртский: Уникальное зрелище.

Зима: Абсолютно.

Лаэртский: Особенно я хочу сказать для наших радиослушателей, что там сейчас на работу набрали молодых девочек-смотрительниц...

Зима: О-па.

Лаэртский: ...Они, очень это... ну ладно, это к делу не относится, извините.

Зима: Ну давайте вернёмся к нашим динозаврам.

Лаэртский: Да. Прошу прощения.

Зима: И вот есть вторая версия гибели динозавров - что динозавры на самом деле, вот они тоже, они же очень большие, им надо кушать. Вы представляете, вторая версия гибели динозавров, она основывается... Строго научная версия, естественно. Потому что пустяками типа космических булыжников мы не занимаемся.

Лаэртский: Ну, конечно.

Зима: Вот. Ну, естественно, если уж говорить, то по-серьёзному. Так вот, эта версия есть такая - им надо было очень-очень много кушать и они увлеклись поеданием друг друга. Точно, как наши олигархи. Вот они кушают один другого. Кушают, кушают и настолько увлеклись, что кончились однажды динозавры.

Лаэртский: Но здесь, в принципе хотелось ещё сказать несколько о другом. Что вот моё мнение - оно, конечно, может быть ошибочным - что скажем, если бедные зверушки, они были вынуждены так дико поедать по причине только одной - чтобы не умереть...

Зима: Да. И чтобы стать толще. И больше.

Лаэртский: Да, конечно. То здесь, в плане банкиров и прочих, так скажем, людей чрезмерно состоятельных - это несколько другое. Это в принципе сравнимо со спортом в некоторой степени. И опять же тут я волей-поневоле выступаю, может быть, защитником каким-то, но... Но не все же становятся олигархами. То есть, к примеру, мы с вами могли бы тоже занять это место, я не скажу - почётное. Но, тем не менее, если мы его не заняли, мы, конечно, можем сказать: "Потому, что мы люди с принципами, то-сё, на нас там нет чей-то кровушки и так далее". Но если посмотреть на вещи реально, то, попросту говоря, мы менее предприимчивы (сокращённо - МП), нежели вот данные люди.

Зима: Безусловно.

Лаэртский: И в принципе я вот, честно говоря, не вижу такой особой связи между, скажем, ящерками и людьми при бабках (как мы их сокращённо называем - ЛПБ). Поскольку тут спорт, а там - необходимость выживать. Хотя тут есть нечто общее, поскольку если у этих спорт резко прекратится, то они могут, конечно, дико спиться, во-первых, промотать и прокутить.

Зима: Ещё, ещё одна причина. Именно для гибели. Да вот, Александр, вы верно подметили, действительно так. Но вот насчёт гибели динозавров... в принципе, не все же динозавры были большими. Как мы уже говорили, маленькие-то остались. Нормальных размеров.

Лаэртский: А может быть, в то время, кстати, маленьких не было.

Зима: Были, были, были. В палеонтологическом музее их можно созерцать. Они даже вылупливались из яиц - они были ма-а-аленькими-маленькими динозавриками. А потом вырастали. Вырастали и становились огромными, большими динозаврами. Но в принципе у них, наверное, была возможность поумерить свои аппетиты нормально, по-человечески. Потому что не все же звери вымерли. И кроме вот этих маленьких ящериц остались маленькие зверушки - очень симпатичные кролики всякие, кошки опять же остались, медвежата остались...

Лаэртский: Кони остались.

Зима: Кони, кони. Это безусловно. Конечно.

Лаэртский: А вот скажите, пожалуйста, вы же психоаналитик и вы наверняка сталкивались с таким - ну, опять же пороком это нельзя назвать, ну так условно, да? Условно определим это пороком. С таким пороком у людей, когда есть желание, например, властвовать над людьми, над обстоятельствами не только посредством, скажем так, прайса - а посредством, скажем так, информации. Вот огромное количество... людей изобретает и активно проталкивает в массовое сознание какие-то факты, которых реально не существовало. То есть мало уже чему сейчас в нашем современном мире можно верить безоговорочно. К примеру, мы придём в палеонтологический музей и увидим микрояйца, сокращённо - МЯ. Где гарантия, что эти яйца не слеплены просто ради шутки каким-то служителем музея с целью, что вот, дескать, он создал собственную легенду...

Зима: Привлечь к себе внимание.

Лаэртский: Да, да. К примеру, я знаю одного замечательного телеведущего, который... ну, он ведёт программу о животных, он мне недавно сам признался, что он так делает. Не часто, но делает. Он приглашает к себе в гости людей с животными. Это какие-то либо декоративные породы собак, рыбок. Редкие совершенно. И они садятся где-то за час до эфира, до записи программы, и начинают обсуждать: "Слушай, но вот это же - обычный карась. Давай чего-нибудь такое слепим". Берут его, достают, налепляют какие-то штуки, то есть делают живое, но не существующее в реальной природе существо, да? Изобретают ему наименование и показывают. То есть, в принципе - безобидная шутка, но с другой стороны, информативное разбухание - оно же вредно действует на мозг рядового потребителя информации. То есть, как нам вообще защититься от вот этой, скажем так, жажды информативной власти, сокращённо - ИВ?

Зима: Да... вы поднЯ... под... пОдняли... или всё-таки поднЯли ? Ну, либо - пОдняли, либо - поднЯли, очень серьёзную проблему подтасовки фактов...

Лаэртский: Вот, кстати, да, правильно вот вы сказали, именно да, подтасовка. Я просто это слово забыл...

Зима: Ну, ничего. А я забыл слово "пОдняли" или "поднЯли".

Лаэртский: Да.

Зима: Это, конечно же, бывает. Ну вот, как защититься от информационного... как вы там сказали?

Лаэртский: Жажда информационной власти, сокращённо - ЖИВ.

Зима: ЖИВ? Жажда именно информационной власти?

Лаэртский: Да.

Зима: Да... От этого защита, конечно же... ну, единственная защита - это, в общем-то, фильтры на ушах можно какие-то специальные разработать. Я думаю - у нас сколько электронщиков осталось без работы... В принципе, что-то можно было бы придумать. Это первый момент. Ну, а второй момент - в принципе, есть своя голова и как-то... Вот вы знаете, даже разукрашенный карась - да, его в природе не существует. Но если он красиво смотрится, то в принципе... мне главное, что это - карась. Понимаете - принцип. И вот здесь уже они вот, допустим, щуку за карася уже вряд ли выдадут. И уж тем более - какую-то табуретку за карася. Ну никак. Не похожа табуретка на карася. Мне главное, что это - карась, и он жив. В принципе, это уже вот само по себе вот. Если смотреть на принцип, на саму суть... В частности, и новости можно так же смотреть. Главное - суть. Схватил суть, а всё остальное - антураж. Пусть его хоть фломастером разукрашивают, этого карася. Но вот суть, что он живой - это уже интересно. Конечно, это не защита, но всё-таки как-то облегчает. И это лучше, наверное, чем политический, как его там... ЖИВ, да? Жажда информационной власти.

Лаэртский: Да, жажда информационной власти.

Зима: Лучше уж с карасями. Лучше уж с карасями.

Лаэртский: Но, кстати, вот, на мой всё-таки взгляд - здесь я опять с вами немножечко не соглашусь...

Зима: Да, конечно.

Лаэртский: ...так у нас получается, что мы как-то пока всё больше на ножах und бритвах и никак не разляжемся вместе на газоне, в общем-то, и не подносят нам тёлки с большими буферами коктЭйли, да. Но в будущем, думаю, это будет, где-нибудь через час. Вот всё-таки согласитесь, что поскольку люди, которые в политике, они, конечно, умные, пробивные ребята, всё такое. Но всё-таки ограниченные в том смысле, что заставили большинство населения не воспринимать себя всерьёз. А когда людей, скажем так, ЖИВов вот этих не воспринимают всерьёз, они становятся менее опасны, чем какие-то безобидные подлоги, да? К примеру - пластилиновый автомобиль. Недавно мы забавлялись. Слепили, дико покрасили и на тросу волочили, как будто сломался. Реально в природе такого не существует, но практически через неделю вся Москва полнилась слухами, что видели дикий совершенно болид, который вот там перемещался. А, например, о тех же вот Б, Г, и третьем их корешке Л как бы вот и забудут. Сейчас они там бабки поделят, один уедет, другой его место займёт. И всё. А про болид не забудут. Будут... ну, вы понимаете, да?

Зима: Да, конечно.

Лаэртский: Может быть, это как раз менее вредно - политический ЖИВ, нежели ЖИВ биологический какой-то, исторический... Я считаю, что исторический ЖИВ - он как раз самый опасный ЖИВ.

Зима: Исторический? Может быть.

Лаэртский: Ну вот, к примеру, извините, Дмитрий, вот смотрите - я принципиально не смотрю фильмы исторического содержания, к примеру, там рыцарей, каких-то людей в папахах и даже гусаров и гусарих не смотрю. Объясню причину. Я представляю себе, каким образом будут нас, наше время показывать в фильмах спустя двести лет. Какие на нас оденут одежды... Реально, это - даунизм. Это напоминает голливудские фильмы, где снимают русских военных в каких-то немыслимых папахах. Я не хочу тратить своё время, по сути, на фикцию, начиная от одежды. Я знаю, что, например, князь Долгорукий не носил такие именно одежды, которые показывают в этом фильме, не говорил таким языком, который применяется в этих фильмах. Зачем мне тратить своё ценное время, которое я могу потратить на генерацию идеи и её воплощение, на просмотр, попросту говоря, чьей-то выдумки, хотя, может быть, и неплохо реализованной?

Зима: Ну, смотря какая выдумка. Ведь, собственно говоря, взять того же Жюль Верна - чистая выдумка. Но это же здорово читать...

Лаэртский: Но Жюль Верн - это литература...

Зима: Да, безусловно.

Лаэртский: ...а я имею в виду именно так называемые исторические подтасовки.

Зима: А, исторические подтасовки. Ну, в принципе мне здесь трудно что-то сказать, потому что я их просто не читаю. Поэтому на меня это как-то не особо действует. Кстати, тоже метод защиты. Вот вы очень хорошо сказали, что политический ЖИВ - он слабеет, когда на него не обращать внимание.

Лаэртский: Конечно.

Зима: Да, это очень такое вот... но это - страшная вещь. Не дай Бог, олигархи же услышат. Действительно, когда на них пере... ну, олигархи - нет, Бог с ними. Олигархи, вот именно политики, здесь вот - политики. Если на политика не обращать внимания - нет политика.

Лаэртский: Конечно.

Зима: Нет политика.

Лаэртский: А с другой стороны, ведь известен совершенно факт, что все вот эти вот лица, которые, скажем так, постоянно в диапроекторе мелькают, на самом деле реально ничего не стоят. Так же, как человек, который выбегает даже из дорогого автомобиля, растопырив пальцы в перстнях, и орёт: "Да я тебя щас тут так..." То есть - конкретно можно бить ему в торец, потому что он не опасен. Это, попросту говоря - хулиган. Реально серьёзные люди - они даже не выйдут из автомобиля, а просто скажут: "Дружище, подожди здесь. Сейчас вызовем ГАИ..." и так далее. То есть, у всех нормальных людей автомобили застрахованы. Так же и здесь. Публичная политика и реальная политика. Вот реальная политика в таком случае, в контЭксте нашей беседы остаётся несколько загадкой, потому что им привлечение массового внимания как раз очень не нужно. Ну, согласитесь, что не Владимир Владимирович Путин правит Россией, и вот не те люди, кот...

Зима: Ну, это - безусловно.

Лаэртский: И все это знают, в принципе, да? А кто тот человек? Зачем ему это внимание, да? Я, например, знаю. Он живёт на седьмом этаже в моём доме. Регулярно чинит собственный "Москвич". Вы можете смеяться, а я вот знаю, что реально он правит всем.

Зима: Ну, это здорово...

Лаэртский: Да-а!

Зима: ...но с другой стороны, ему тоже нужны для внимания пусть даже куклы. Но ему нужно внимание. Опосредованное. И, наверное, приятно вот так вот, сидя возле телевизора, смотреть и потирая руки, говорить: "Ведь это же я всё. Это не они, которые там мелькают. Это я". И человек действительно удовлетворяет информационную волю к информационной власти. В принципе, вот так вот. Он в центре внимания. Хотя его никто не знает. Но он-то знает и упивается. Ну, кому-то, может, по секрету расскажет: "Это вот я всё делаю". И покажет. Вот как в этом фильме "Хвост виляет собакой"... Плутовство", там, где войну, войну они делали с албанцами. Выборы президента в Америке...

Лаэртский: Угу.

Зима: ...и сделали виртуальную войну. И когда там демонстрируют... человек. Он - никто. Его никто не знает. Но он звонит по телефону одному докладчику и говорит: "Скажи то-то", и докладчик говорит на всю страну. "Вот видишь", - говорит, "Я управляю страной". Это приятно. Но мы, наверное, всё-таки как-то в несерьёзности ударились...

Лаэртский: Да нет, я считаю, что это как раз самое такое вот, самое, самая серьёзная тема.

Дашков: Может быть, речь идёт о каких-то масонских ложах, насколько я понимаю? Нет?

Лаэртский: Не-е-е-е-а!.. Но я предлагаю сейчас буквально на пару минут всё-таки отвлечься, потому что тут мне надо пойти посмотреть, ушли ли вот люди, которые приходили вместо вас и выдавали себя за вас. И я должен сейчас...

Зима: Двойники! Опять двойники!?

Лаэртский: Но они, правда, женщины. Но всё равно - дико грубые и накрашены вульгарно. Я одну, в общем-то, схватил за губу, ну, за подносную губу, не подумайте чего вульгарного, стал выволакивать, так у меня рука соскользнула, потому что она вся в помаде.

[Музыкальная композиция]

Лаэртский: И мы продолжаем нашу беседу с Дмитрием Зима и, так сказать, надеждой будущего, представителем надежды будущего - Айратом Дашковым. Соответственно, Дмитрий, вот одна из ваших книг называется "Расшифрованный Нострадамус", да?

Зима: Да.

Лаэртский: Соответственно, вы наверняка знаете вашего коллегу, психоаналитика Леонарда Зыбкого, который выдвинул совершенно сенсационную, скажем так, идею - чем против себя настроил огромное количество своих же коллег. Он сказал, что Нострадамус как таковой не существовал, что это - собирательный образ из серии, например, трёх мушкетёров, Зои Космодемьянской, Косыгина и всех других. Что, дескать, его труды и мысли - это есть продукт коллективного разума. Причём, как утверждает Леонард Зыбкий, это в принципе была такая правительственная линия в то время, когда нужно было посеять в людях какую-то смуту. То есть практически, по утверждению Леонарда Зыбкого, Нострадамус был первым, скажем так, мясистым телевизором, попросту говоря. То есть, именно с него начался такой массовый психоз, который сейчас, конечно, уже находится в стадии высшей точки своего развития. А он был первой такой мохнатой ласточкой с такими розовыми лапками.

Зима: Да, это интересная версия - насчёт "мясистого телевизора". Кстати, действительно человек, имеется в виду Нострадамус...

Лаэртский: Да.

Зима: ...коллективный он разум или нет - но он привлёк-таки внимание... сколько уже... четыреста сорок лет привлекает к себе внимание. Действительно так. Но, кстати, если бы телевизор столько смотрели, люди бы, наверное, уже с ума сошли. Вы представьте себе - четыреста сорок лет смотреть, допустим, какую-то мыльную оперу одну. Поднадоест. А Нострадамус вот не поднадоел.

Лаэртский: Но дело в том, что он посеял, скажем так, зерно беспокойства, сокращённо ЗП, в общественном разуме. А в дальнейшем - люди сейчас, как результат, стали жадными до какой-то, скажем так, горячей информации с изюминкой. То есть, им особо не интересен... к примеру, взял да приехал Брайан Ферри в Москву. Это интересует их меньше, нежели кровавая разборка где-нибудь в Бирюлёво с торговцами арбузами. Мне кажется, что это как раз... тут я поддерживаю... не то, что я поддерживаю Леонарда Зыбкого, что это как раз напрямую связано с тем, как вы связали аллегорию олигарх-динозавр... Так же вот здесь, вот это явление - разборка, интерес, вернее, к разборке с продавцами арбузов непосредственно связан с группой лиц, скрывающихся под псевдонимом "Нострадамус".

Зима: Да, версия, конечно, действительно очень интересная. Хорошо, давайте продолжим вашу аналогию насчёт разборок с арбузами. Действительно, можно так сказать. Нострадамус, в общем-то, привлёк внимание тоже к какой-то разборке. Арбузы, не арбузы... Там тоже арбузы, только покрупнее. Так сказать, в глобальном масштабе.

Лаэртский: Ну, нравы мельчают. Помните, этот воскликнул: "О времена, о нравы!"? Так и сказал.

Зима: Да. Вот Нострадамус всё-таки поглобальнее, конечно, чем наше телевидение. Но в принципе, эта разборка мало чем, наверное, отличается от разборки за арбузы. Просто...

[Первый кассетный, так сказать, переворот - прим. оператора]

Лаэртский: ...считали, что всё это из-за баб-с. Я тут читал, вы знаете, интереснейший конспект супруги Леонарда Зыбкого - Валентины Зыбкой, где она буквально... Вы знаете, такая вот школьная тетрадка с вырванными ещё пятью страницами... она там законспектировала всего, в общем-то, Фрейда. Обоих, причём, Фрейдов - и Зигмунда, и второго брата. И там вот так написано: "Из-за чего все войны происходят?" Она, значит, пишет, Валентина: "Из-за баб". Вот буквально.

Зима: Ну, кстати, вот последние дела в Ираке тому прямое подтверждение.

Лаэртский: Вот, вот.

Зима: Да. И, кстати, Нострадамус это предсказывал тоже. У него конкретно идёт несколько четверостиший о том, что некий прелюбодей начнёт войну в Междуречье, в Ираке. Совпадает! Совпадает. Когда Вильям Джефферсон Клинтон начал войну из-за баб в Ираке. Факт. Факт. И вот действительно, вы знаете, пожалуй, это было самое яркое, наверное, когда это совпало. Когда четыреста сорок лет назад человек написал и время, и место, ну, разве что Клинтона не написал, но за него журналисты это сделали.

Лаэртский: Билла.

Зима: Да. Ну, в принципе мы его так называем - Вильям Джефферсон.

Лаэртский: Да, я принимаю. Мы, люди науки, знаем многое, что не знают... да... нам же важно донести до радиослушателей.

Зима: Угу. Вот. В принципе, действительно - те же самые арбузы, только в виде баб на этот раз. Вот война из-за баб. С кем ведут войны, разборки из-за арбузов, я, конечно, не знаю. Там наверняка тоже женщины как-то присутствуют. С какого-то боку непременно.

Лаэртский: Безусловно. Ну, не будет же мужик, например... представьте себе, что вы, например, одиноки, да?

Зима: Да.

Лаэртский: В хорошем смысле этого слова. Вы же, проходя мимо арбузов, не будете себе его покупать - типа из серии "Да съем-ка я сейчас арбуз". Ну, ни один нормальный мужик, живя в одиночестве, не купит арбуз. Арбуз покупается в семью. Семья - это что? Соответственно - детопроизводство. Детопроизводство - что? Пузико. Пузико - что? Женщина. О-о-о, всё, да вот.

Зима: Безусловно. Безусловно. Вот. Ну, давайте вернёмся к нашему...

Лаэртский: Да. Да-да-да, к Нострадамусу.

Зима: Да, к Нострадамусу, к нашей теме. Вот действительно, человек предсказал большую разборку. В принципе, кто не читал нашу книгу - допустим, можно, в принципе, это не делать. Я могу в двух словах рассказать и так. Книга суть проста: если будем там вот безобразничать, то всё будет плохо. А если, соответственно, не будем безобразничать, то всё будет нормально. Потому что, как мы выяснили, настоящий пророк - он даёт всегда два варианта развития событий: либо-либо. Либо вот из-за баб будем драться, войну в Ираке там устроим... Кстати, есть такие подозрения, что сейчас в Ираке опять чего-то наклюнется. Не зря же всё-таки Америка сделала себе такого вот хорошего картонного врага, по которому всегда очень удобно бомбульнуть - рейтинг надо поднять или ещё чего-нибудь.

Лаэртский: Такая баба для битья.

Зима: Да-да-да. Вот сейчас Моника Левински ушла, в общем-то, без работы осталась...

Лаэртский: Нет, вы совершенно не правы.

Зима: Не прав я? Значит, я не в курсе.

Лаэртский: Дело в том, что она уже пристроилась репортёршей куда-то, что, кстати, доказывает... если честно говоря, я был в диком удивлении. Оказывается, достаточно сделать там президенту минет, попросту говоря, чтобы стать звездой. Ну, что это за страна? Я всегда настаивал, что это - конкретные вырожденцы.

Зима: Что-нибудь посерьёзнее там сделать... да?

Лаэртский: Их нужно забрать всех сюда. То есть, каждому русскому дать по десять американцев в качестве рабочей силы, такой надёжной и работоспособной, чтобы они чистили гаражи и чинили автомобили. Только так.

Зима: Интересная идея. Очень интересная идея.

Лаэртский: Да. Спасибо, я польщён.

Дашков: Э-э...

Лаэртский: Да-да-да. Да-да.

Дашков: ...мне хотелось бы, кстати, обратить ваше внимание вот на такой аспект... потому, что есть ли смысл, так сказать, очень долго обсуждать, был ли Нострадамус в реальности каким-то человеком, или это - группа людей типа вот Козьмы Пруткова, скажем. Или...

Зима: Или типа высшего разума.

Лаэртский: Да, ВС - сокращённо.

Дашков: Ну да, да. Не важно. Важно, видимо, сейчас проанализировав всю ту информацию, которую нам сообщает Нострадамус, попытаться понять, зачем она нам передана и как ей воспользоваться. Уж не важно, кто за ней стоит. Естественно, решение вопроса, кто за ней стоит, видимо, для каждого потребителя этой информации должно быть первым, как бы глобальным. То есть, сначала нужно поверить в источник информации...

Лаэртский: Айрат, прошу прощения, прошу прощения. Я же парень хитрый и ушлый, сокращённо - ...

Дашков: Ага.

Лаэртский: Да. Дело в том, что я изначально, если ты заметил, начал нашу сегодняшнюю беседу с разговора о ЖИВах, да? То есть людях, которые пытаются воздействовать на мозг посредством подтасовки фактов. Поэтому здесь вот ты опять сказал: "Надо поверить, кто нам оставил". А вот, например, Зыбкий - он сомневается, попросту говоря, в достоверности источника. Вот, понимаешь, о чём я... м-м-м... говорю?

Дашков: К тому же существуют такие подтасовки, которые никто и не рассматривает как подтасовки...

Лаэртский: Конечно, конечно.

Дашков: ...потому, что никто не знает о том, что это подтасовки. Может, не все подтасовки раскрыты.

Лаэртский: Может быть, Нострадамус - это мина замедленного действия. Мы же не знаем этого. Может быть, его основная цель - ввести современное общество в состояние информационного психоза, понимаете? В принципе, любой человек, который более-менее обладает свободой мышления, может наплести дикую кучу каких-то фактов, из которых достаточно сбыться там трём процентам, но по-крупному, чтобы его объявили вот уже серьёзным, скажем так, ну, гадалкой попросту.

Дашков: Но если бы он, скажем, решил просто сделать так, чтобы общество, которое будет жить через четыреста сорок лет, привести в состояние психоза, то есть его личная была бы проблема или ...

Лаэртский: Ну, не личная.

Дашков: Ну, не личная, да. Но откуда он взял информацию о грядущих событиях?

Лаэртский: Ну, не он! Не он это. Это огромный, в общем-то, коллектив людей, целый НИИ...

Дашков: Ну, вот этот коллектив...

Лаэртский: Я не настаиваю на том, что это так, но я пыт...

Дашков: Ну, группа учёных, может быть.

Лаэртский: Да, группа учёных, которая находилась, скажем, под крылом какой-то мощной службы, тогда существовавшей. Не исключено, что в тот момент существовала мощная какая-то цивилизация, существование которой от нас, кстати, скрывают. То есть, все эти байки там про Атлантиду и прочие пироги - ну, может, это десять процентов реальности. И вот эта мощная цивилизация, которая, кстати, развивалась ускоренным темпом и оказалась одинокой среди этих динозавров, попросту говоря, в лице работников вот этой научной группы, которая называется "Нострадамус", описала всего лишь свою историю. Поэтому, там и есть допуск по реальности событий определённый.

Дашков: Кстати, современная политологическая мысль уже догадывается о том, что вот эта скрытая цивилизация, как мы её в данном случае назвали - я полагаю, это небольшая группа людей, о которых не знает никто, но которые управляют, так сказать, миром. Я думаю, что ведущие политические лидеры в мире на самом деле могут быть запросто марионеточными фигурами, а управление идёт совершенно на другом уровне. Это либо борьба каких-то двух равноправных тайных организаций, которые вербуют этих политиков ведущих, либо это одна какая-то, у которой есть определённый замысел. И, может быть, мы при помощи Нострадамуса, не важно, был ли это какой-то учёный членом такого рода тайной организации, либо это плод фантазии - не важно. Значит, с какой целью они сделали так, чтобы эта информация нам стала известна прямо сейчас, и задумано это было тогда, четыреста лет назад? Вот раскусить этот замысел, может быть, нам вообще не дано.

Лаэртский: А почему ты думаешь, что публикация данного произведения преследовала собой цель что-то там до тебя донести? Ты не думаешь о том, что это, попросту говоря, был бортовой журнал цивилизации вот той?

Дашков: Ну, тогда... Нет, ну если, так сказать, этот бортовой журнал, он же не мог попасть случайно. Там таких промахов не бывает.

Лаэртский: Почему же?

Зима: Ну, если она - высшая цивилизация.

Лаэртский: Конечно. Просто, вполне возможно... мы же... то есть... опять же... поскольку я ушлый, то я начал разговор о динозаврах. То есть, мы не знаем истинных причин гибели этой цивилизации. Вполне возможно, что это в спешке. Ну как помнишь, мы с той хаты?

Дашков: М-м...

Лаэртский: Ты даже голду всю побросал свою. Там, гимнаста и всё покидал...

Дашков: А...

Лаэртский: ...в одном тапке убежал. Хорошо, хоть документы схватил. А приди они, скажем, на две секунды раньше - и ксивы бы там покидали и всё... и вообще.

Дашков: Угу.

Лаэртский: Сейчас бы мы с тобой тут не сидели. Понимаешь?

Дашков: Да. Ну, слава Богу, да.

Лаэртский: Так что вот здесь, вполне возможно, с ними случилось то же. Попросту говоря, пришёл какой-то ушлый персонаж. Ведь согласись - давайте взглянем на вещи реально, что человек, скажем так, рабочий с руками как у меня... видишь руки? видишь?

Дашков: Угу.

Лаэртский: Видишь - заноза стальная?

Дашков: Да.

Лаэртский: Это ещё с "Красного Пролетария" заноза у меня. Видишь? Стружка! На память храню. Вот с такими руками. Или дояр, к примеру. Ему нет никакого понта и кайфа копаться в бортовых журналах каких-то погибших цивилизаций. У него корова там не доена, баба там на сносях, ему не до этого. Соответственно, кто будет этим заниматься? Какой-то странник. Так это что? Попросту говоря, потом им придумали название "пилигримы", а реально - это конкретно бродяги, которые бродят, не хотят работать, живут на подаяние. Но при этом считают себя свободными художниками, СХ сокращённо. И вот такой вот свободный художник со своими амбициями, которые не присущи фермеру, сталевару, дровосеку, находит этот журнал. Соответственно, мозг его скуден, амбиции его велики. Он начинает этот журнал редактировать. Поскольку никого не интересует история реально - все хотят пойти к гадалке, он его редактирует таким попсовым образом для того, чтобы людей заинтересовать именно самим фактом предсказания.

Дашков: Угу.

Лаэртский: Ну, почему бы нет? Там такие слова у Нострадамуса, которые простое население-то и не знало...

Зима: И даже сложное население тоже не знало, потому что их просто нет. Он их сам придумывал.

Лаэртский: Конечно! Половину сам придумывал.

Зима: Ну, не половину, конечно, но достаточно слов.

Лаэртский: Ну, да. Достаточно много. Затем, в дальнейшем вот этот самый перец, который всё это сотворил... пошло династийно. Это, кстати, ещё один из путей всего, что связано с именем Нострадамуса, если мы не рассматриваем это как работу на подрыв психического состояния будущих поколений целого НИИ, а если этот человек - единица. В дальнейшем это... так... династийно, как рецепт Пепси-колы или прочей байды, как человек, который всю жизнь делал яйца по кличке Фаберже, и так далее. Так же и здесь. А ведь мы все знаем, что природа отдыхает на детях. Вот конкретный пример - ребята, которые ведут программу "Городок". Они же действительно небесталанные, а даже хорошие актёры. А посмотрите их детей... Вот конкретный пример, что природа отдыхает на детях. Вот представьте себе, что эта книга после этого бродяги с амбициями попадает к его сыну. Предположим, тут два варианта: либо сын - полный деградант (природа отдохнула). Чем он может эту книжку дополнить? А ещё страшнее, если он её пропил, отдал братве пьяной. Я даже думать об этом не хочу. Предположим, он - герой. Он усовершенствовал папашкины все эти дела, привнёс, скажем так, молодёжной волны. Но тут-то уже, если у него родятся дети, то они конкретно отдохнут. Назовут там "Кофе впятером" свой ансамбль или хрен его знает как... И именно поэтому в трудах Нострадамуса мы видим столь противоречащие друг другу моменты. Вот читаешь, бывалоча, старика и думаешь: "Да что тут?!" Ощущение такое, что вот ЭТО писал кто-то другой. Не было у вас, Дмитрий, такого вот ощущения?

Зима: (смеётся) Что не Нострадамус писал, а кто-то другой. За него, да? Вы знаете...

Лаэртский: Нет, как будто бы человек совершенно другой зашёл в комнату и дописал что-то своей рукой?

Зима: Было, было такое ощущение...

Лаэртский: Вот-вот-вот.

Зима: ...и я могу даже сказать, что есть даже целая серия... Вот Нострадамус писал катрены, они, как и положено катренам, состоят из четырёх строк. Так вот, у Нострадамуса есть ещё секстены, которые, как и положено секстенам, состоят из шести строк. И вот, когда читаешь секстены, которые тоже подписаны "Нострадамус" и читаешь катрены, там тоже "Нострадамус" - и понимаешь, что это два разных человека. Причём, это действительно так, это многие замечают, не только мы такие умные оказались...

Дашков: А какая у вас версия на этот счёт существует?

Лаэртский: Да я вот свою версию в принципе высказал.

Зима: А вот версия, кстати, очень похожа. Ну, дети, не дети, но, по крайней мере, кто-то их хорошенько толкнул в своё время. Если мне не изменяет память, через сорок с небольшим лет после смерти Нострадамуса эти самые секстены...

Лаэртский: Угу.

Зима: ...хорошо толкнули. Издатель был такой - Винсент Цэф, он очень неплохо заработал на этом. Представляете, уже человек вроде как умер (Нострадамус), ну я не знаю, конечно... вот как вы говорили, что, может быть, Нострадамус - это Высший Разум или просто цивилизация... Ну так вот, Винсент Цэф по крайней мере дополнил и издал эти секстены. Уж не знаю, сам он их сочинял или не сам он их сочинял...

Лаэртский: Вот, кстати, Дмитрий, это вот то, о чём я и говорил в начале (будучи ушлым), когда я затронул тему жажды информационной власти, ЖИВ сокращённо. Ведь известно, что многие переводные издания качественные, да?.. которые тут выходят... кстати, тот же Жюль Верн. Там огромное количество отсебятины добавляет переводчик. Не потому, что он там дебил. А просто потому, что он хочет немножечко приложить руку к Великому, немножечко, хоть минимум, но скорректировать вот эту мысль...

Зима: Да, это приятно. Это приятно. Это очень приятно!

Лаэртский: Корректировать.

Зима: Да, корректировать. Вот взять Льва Толстого и перевести его на какой-нибудь английский...

Лаэртский: Да-да.

Зима: ...и чёркать беспощадно!

Дашков: Вот-вот-вот.

Зима: Беспощадно! Вот это да. Это кайф. Это я представляю. Вот человек, действительно, он всю жизнь хотел написать нечто подобное Льву Толстому, но у него не получалось. И вот он взял в руки этот информационный топор и начал им выкрамсывать просто лишние куски.

Лаэртский: Конечно.

Зима: Ну не нравился ему Толстой. Вот тут плохо написал Толстой. И вот он лучше пишет. И приятно видеть потом свою фамилию - переводчик такой-то. Конечно, поколотить могут.

Лаэртский: Кстати, в связи с этим встаёт резонный вопрос у всех наших радиослушателей (у радиослушательниц тоже встаёт), касаемый того - а где же подлинник? - спросили дети у пионерского костра. Где же подлинник? Каким образом мы можем ознакомиться с аутентичной рукописью этого коллектива людей, именующих себя Нострадамус или, там, одного человека?

Зима: А вот здесь есть одна хитрость. Очень большая хитрость. Дело в том, что Нострадамус тоже был хитрый и ушлый...

Лаэртский: (смеётся) Хм-хм...

Зима: ...и он писал таким неразборчивым почерком, просто жутко неразборчивым почерком.

Лаэртский: Типа как Шнитке.

Зима: (смеётся) Да, наверное. Наверное, так. Но вот в Лувре есть...

Лаэртский: А кстати, Дмитрий, извините, пожалуйста, что я вас перебиваю...

Зима: Да-да.

Лаэртский: Вы знаете, ещё тут один такой момент. Сейчас мне почему-то пришла в голову мысль, что и не было вообще никаких оригиналов. Вполне возможно, что человек, который в дальнейшем корректировал что-то, на самом деле реально корректировал сам себя. А когда у него спрашивали: "Пап, дескать, засвети-ка нам оригинальчик-то уже конкретно!", он показывал... просто может, он дочке своей, которая какала на горшке, дал, и она каляки-маляки наводила. Он сказал: "Да я понял! Я свою систему разработал!" То есть, такая генетика алфавита своего рода. Понимаете? Ну, как генетика - насквозь фальшивая же наука...

Зима: Абсолютно согласен. Абсолютно.

Лаэртский: То же самое и здесь. Генетика алфавита. Он взял и сказал: "Да я вот понял!", какую-то схему нарисовал. "Поверьте мне". Ну, и какие-то слова там, естественно, более-менее разборчиво. Неразборчивость почерка, кстати, как и подписи... Уж мы с тобой знаем. Помнишь, да?

Дашков: М-м...

Лаэртский: Иначе он сейчас бы... Вот Лесок поставил разборчиво подпись - теперь у него проблемы. Вот. Неразборчивость почерка - верный первый признак подлога.

Зима: Вы знаете... это действительно. Ну, я говорю, в Лувре есть какие-то каракули. Лежат бумажки. А что там написано...

Лаэртский: Никто не знает.

Зима: Может быть, кто-то и... делает вид, что знает. Говорят: "Да вот, знаю". Я сам эти бумажки не видел, но я видел их копии. Я их читать не могу.

Лаэртский: Угу.

Зима: Просто не понимаю. И вот мне сейчас только что пришла в голову мысль (вот вы хорошо подсказали): да, генетика - продажная девка империализма, так её, по-моему, называли. И неспроста! Так вот, может быть... как наши генетики говорят: "Случайные мутации, просто происходят случайные мутации". Вот как человек образовался? Сидела обезьяна на пальме, у неё раз - случайная мутация. Она - бам! Хвост отвалился, волосы выпали. А мозг проклюнулся. И она поумнела. Вот - случайные мутации. Так может быть, и Нострадамус тоже случайными мутациями образовался? Сидели... каляки-маляки... пожалуйста! И случайными мутациями буковки складывались в слова...

Лаэртский: Может быть. Это да. Это, так сказать, исследование бессознательного.

Дашков: Да, и тут возникает проблема: может ли в результате этих сложных мутаций возникнуть точный математический какой-то шифр, который вы в своей книге и указали.

Зима: Но вот за шифр, за шифр мы можем ручаться. Случайно или неслучайно... Но если человек случайными мутациями возник, а? Вот взял и возник. То почему бы шифру не возникнуть?! Вот шифр расшифровывается...

Дашков: Но в то же время... а, да...

Лаэртский: Да, сейчас тут за мной зашли, это самое...

Дашков: Давай.

Лаэртский: Сейчас, буквально две минутки. Мне тут надо отдать, кое-что забрать. Поможешь там вынести?

Дашков: Да.

Лаэртский: Угу.
 

 1   2   3   4 

 

  laertsky.com  |  монморанси  |  2000
продукция
Условия
Футболки
mp3 Лаэртского
mp3 Монморанси
mp3 Silver Rain
Видео и прочее
Фоновые картинки
Рингтоны
игры
Убей телепузика!
Настучи по щщам
Дэцылл-Киллер
Долбоёбики
Охота на сраку
прочее
Читальный зал
Музей сайта
Гостевой стенд
Картинки недели
Архив рассылки
Голосования
"Месячные"
подсчетчики

 

 

Александр Лаэртский: laertsky@mail.ru. Администрация сайта: vk@laertsky.com.
По всем деловым вопросам пишите на любой из этих адресов.
При использовании оригинальных материалов сайта просьба ссылаться на источник.
Звуковые файлы, размещённые на сервере, предназначены для частного прослушивания.
Несанкционированное коммерческое использование оных запрещено правообладателем.
  laertsky.com     msk, 1998-2017