laertsky.com
Главная страница
Карта сайта
Форум
лаэртский
Дискография
Песни и аккорды
Стихи und поэмы
Альбомы в mp3
Лаэртский Бэнд
Голоса Родных
Концерты
Акварели
Wallpapers
Ответы на письма
Бесило-Радовало "Медведь"
со стороны
Переводы
Видеозаписи
Радиоэфиры
Публицистика
Иллюстрации
Подражания
монморанси
О программе
Эфиры 1992-95
Эфиры 1996
Эфиры 1997
Эфиры 1998
Эфиры 1999
Эфиры 2000
Эфиры 2001
Silver Rain
Заставки
Терминология
Сайты гостей
реклама
laertsky.com  |  монморанси  |  2000  


Беседа с Ником Рок-н-роллом. Часть 3
 

 1   2   3 

Лаэртский: И продолжается наша беседа с Ником Рок-н-роллом. Хотелось затронуть тему разделения: действительно, необъятная пропасть пролегла между центром унд, так сказать, регионами. Как ты считаешь, тенденция динамики развития данной пропасти какова: она будет всё-таки срастаться и, наконец-то деревня с городом сольются или же это будут такие же разные государства как, например Estonia и Россия, то есть - неужели ОНИ и тут сработали удачно, неужели у НИХ получилось, что даже с точки зрения культуры ОНИ смогли разделить людей, живущих в одной стране?

Ник: Ты знаешь, я могу с неким удовлетворением сказать, что за последние три или четыре года в городе Тюмени и в других городах, где я бываю, я не слышу, образно выражаясь, таких высказываний: "москвичи - хуй дрочи"... Понимаешь? Уже нету таких, типа: "А-а, москвич!" - ни фига подобного. Такого уже нет. Есть некое общее поле пространственности...

Лаэртский: Говорят, на Украине есть...

Ник: На Украине - да... в Крыму...

Лаэртский: V Estonii tozhe ochien ne lubjat nashego brata!

Ник: (сплошные вздохи) Ой!.. О мёртвых или ничего, или хорошо... Что о них говорить, кто там любит что... Я говорю о тех городах, где ещё лет шесть-семь назад можно было услышать "да москвичи такие-сякие!" - этого сейчас нет абсолютно. Мы же говорим об определённой игре, об игре, которая называется рок-н-роллом. Могу совершенно чётко сказать - есть места, где здорово, а есть места, где плохо. Я не буду говорить хрестоматийно, "лучшее место - это то, что найдешь в себе", об этом можно говорить очень много. Я не парапсихолог и тем более не психоаналитик, чтобы давать оценку живому "ты", живущему в тебе. Это прежде всего катит от человека, который для меня является либо произведением искусства, либо - "мёртвый чебурашка". У меня среднего нет абсолютно. Ты можешь частичку лучшего, что есть в твоём городе, привезти туда... И вообще я считаю, что не надо уже писать на афишах, из какого города группа... Это тоже ошибка.

Лаэртский: Да-да, я полностью согласен...

Ник: Я, например, никогда не пойду на группу - у меня это уже срабатывает - где будет написано: группа такая-то такая-то (город Москва) или группа такая-то такая-то (город Минск)... Я не пойду на такую группу.

Лаэртский: Очевидно, что эти люди работают на НИХ!

Ник: Просто мне это не нравится. Вот у меня есть группа "Трите души" из Вифлеема - я пойду на концерт своей собственной группы.

Лаэртский: Да я понимаю.

Ник: Там полный пиздец, могу сказать, что я иногда на концертах просто отхожу в сторону, смотрю на парней и начинаю думать: "Откуда всё это? Наверное - от себя". И так далее и тому подобное. Не будет никакой пропасти, не будет никаких трещин, есть единое пространство и есть персоналии, есть индивидуалы. Как индивидуалы положат, такая и скатерть будет... Конечно, Тюмень - очень грязный город в плане того, что на болотах, но и Ленинград, собственно говоря, рылом не вышел... Я, например, очень не люблю Ленинград. Мой Ленинград умер вместе с Андрюхой Свином, понимаешь... Я был на похоронах - это была великая радость, увидеть, что человек всё сделал вовремя на самом деле - выпустил альбом, родил дочь и ушёл... Я так вот сидел в Тюмени, записал альбом, и вдруг бабах - смертушка Андрюхина. Я приехал первый раз в жизни на похороны к другу, я успел попасть на похороны и я проехал по трём столицам - Москва, где я давно не был, Питер, где я вообще давно не был и обратно возвращался через Свердловск. Лично я понял, что мне нужно делать дальше. То есть это... я совершенно не знаю, из какого он города, я не понтуюсь... я знаю, что есть улица Проспект Космонавтов, телефон (приводится телефон) - который я пронёс... 20 лет он был вот здесь, нигде не записанный - всё, я больше не звоню туда. Всё понятно, всё нормально. С парнем всё ништяк.

Лаэртский: В связи с вышеизложенным - мы тут часто собираемся с сотрудниками, садимся в кружок и начинаем думать - каким образом можно воздействовать на людей с целью их рассоединить? Факторов для объединения очень много, согласись - это, во-первых, распродажа кур дешёвая или там концерт ансамбля "Бзделки", да что угодно. Та же демонстрация или "давайте постреляем в белый дом" игра называется. Они сразу все собираются и бегут, да? А как можно людей разобщить, может быть стоит самим начать делать индивидуалов, может быть, даже тоталитарными способами? Я не имею в виду комендантский час... а с точки зрения тонкого психологического подхода, сокращённо ТПП?

Молчание

Ник: Вот знаешь?..

Лаэртский: Нет пока!

Ник: Знаешь ведь, знаешь... потому что говоришь, что "нет пока". Для этого нужно дать на каком-то участке земли определённому мудаку власть. И дать ему, этому мудаку, все карты в руки. И постоянно о нём говорить: "Слушай, ты, мудак... Какая регистрация в моём любимом городе?" И чтоб все говорили: "А-а-а, вот на том углу мудак в милицейской форме"... ну, в костюме в таком театральном...

Лаэртский: Да-да-да!

Ник: ...который проверяет меня на предмет регистрации. И будем ходить все смотреть на этого мудака. На фэйс-контролл его поставим... Блядь, ну это всё равно, на самом деле, не разобщит...

Лаэртский: Не разобщит! А что же, что же...

Ник: Слушай, я не знаю...

Лаэртский: А ты поду-умай об этом - может, тут-то всё и кроется! Видишь, как я круто... И вот никто не знает. Ни один человек, у которого я спрашивал - я даже на улицах к ним подходил, говорил: "Дружище"... переодевался как раз вот в этого самого, останавливал машины, почтенный, говорил: "Дружище, я тебя отпущу, несмотря на то, что у тебя нет техосмотра, несмотря на то, что ты пьяный за рулём - если ты мне скажешь, что нужно сделать для того, чтобы разобщить людей"... - и ни у кого не получалось. Тогда я брал сотки баксов и отпускал их. Понятно, всё это было только с целью выяснить и наказать... давай послушаем телефонные звонки.

Электротётка: Телефон прямого эфира - 203-19-22.

Лаэртский: Доброй ночи, вы в прямом эфире, наше внимание к вам беспредельно.

Слушатель: Как вы думаете, почему покончил самоубийством Курт Кобейн? Не связано ли это с его пониманием того, что рано или поздно ему нужно будет вписаться в эту вот "ту-лу-лу", потому что он же начал вписываться, то есть популярность, деньги, лимузины, девочки... наверное, почувствовал, что деградировать начал?

Ник: Я всё время вспоминаю Яна Кёртиса. Я могу сказать, что этот герой гораздо ближе к моему телу, то есть, он мой "нательник", скажем так. А что касается Курта Кобейна... чёрт, наверно, об этом надо спросить его самого. [...] Мне кажется, об этом хорошо Дима Ревякин спел в свое время:

Я встретил могикан,
Для которых честь - табу
И холёных фаворитов,
что бесятся с жиру.

Вот Курт Кобейн - он с жиру бесился. Я не знаю, что там с ним случилось в его Сиэтле. Ну не знаю.

Лаэртский: Ты сейчас сказал очень правильную фразу: "что там у него В ИХ Сиэтле". Ёмко и коротко. Все сразу стало понятно. Это их Сиэтл, их жизнь. У них есть этот... "Кадиллак". "Цивик" называется.

Ник: (подыгрывая) Кодеры тоже присутствуют. Кодеры там у них на профессиональной основе.

Лаэртский: Ещё звонок. Доброй ночи, вы в прямом эфире и мы полны к вам внимания.

Слушатель: Здравствуйте, Александр!

Лаэртский: Здравствуйте.

Слушатель: Вы знаете, я хотел бы прочитать стихи.

Лаэртский: Ну, если наш гость, Ник Рок-н-ролл, не против... то можете. Как ты? Если тебе не в кайф... (Ник соглашается) Давайте. Только при условии, что эти стихи будут вашего пера.

Слушатель: Стихи моего пера, но там, я надеюсь, что дети спят...

Лаэртский: А, то есть вы просто хотите выругаться, да?

Слушатель: Нет, я не хочу...

Лаэртский: Эпатировать публику. Я знаете что хочу сказать сразу, да - из уст Ника Рок-н-ролла, поверьте, эти вещи выскакивают совершенно естественно. То есть это не является математически продуманной схемой речи. Я почему не хотел бы, видимо, чтобы вы читали эти стихи - потому что вы уже действуете схематически. Простите, может быть, я не прав...

Ник: Сань, ты прав... "лишь бы дети не спали" - если прочитать, надо сразу читать. Так что извиняй, братишка.

Лаэртский: Здравствуйте, вы в прямом эфире и мы полны к вам внимания.

Слушатель: Доброй ночи. У меня такой вопрос к Нику Рок-н-роллу - я недавно включаю телевизор, а там директор одной певицы, не хочу её называть...

Лаэртский: И не надо!..

Слушатель: Нет... Ну, она пела это "ай-лу-ла-ай-лу-ла"...

Лаэртский: Нет, она ещё пела это - "уй-ла-ла-уй-лу-лу"...

Слушатель: И вот он, директор этой певицы, говорит: "Я такой хит готовлю, там все закачаются". Я согласен с Ником Рок-н-роллом - такие вот гнилые семена попадают на такую же гнилую почву... потому что эта публика вся - я не уверен, что они слушают Тома Уэйтса там, читают Пелевина, понимаете...

Лаэртский: Извините, что я вас перебиваю - может быть, эта публика и не слушает, но та публика, с которой всё начиналось - не будем называть их имён, тоже тухлая публика - в тот момент, когда мы с вами испытывали острый информативный голод, совершенно зажравшиеся дети всяческих дипломатов привозили журналы и пластинки и за это ценились в тусовке - только за это, а не за свои личные качества... у этих дэмонов уже были все пластинки Тома Уэйтса, и они могли драть их. Но поскольку они тупые, они даже содрать не могли толком... вернее, они не чувствовали энергетики Тома Уэйтса...

Слушатель: Совершенно согласен. Иначе стыдно было бы просто.

Лаэртский: Срамота была бы!

Слушатель: Плеяда вот этих директоров... У них же есть и кадиллаки, и такие "бабки", неужели нельзя нормально... сорвать колготы и просто за книгу усадить какую-нибудь там Машу Папутину. Это же просто, я не знаю...

Ник: Только через электрический стул.

Слушатель: Может быть, всё-таки какие-то репрессии, цензуру ввести, потому что всё это уже невозможно, мне кажется гибнет, целое поколение, которое вот это... "вау!.."

Лаэртский: Ой, не надо вот этого...

Слушатель: Или (писклявым голоском) "Прикольненько это все, вот мы - вау! - вчера тусовались прикольненько!"

Лаэртский: А еще иногда знаете как бывает: (передразнивая) "О майн либер!" Представляете, да? Круто!

Ник: Вопрос закончен, можно отвечать? Как вас зовут?

Лаэртский: А уже всё...

Ник: Что-то, во мне живущее, подсказывает мне, что нужно делать, естественно, я об этом никому не скажу.

Лаэртский: Абсолютно правильный подход.

Ник: А что-то летающее вместе со мной мне говорит: "Пусть будет". Если ты жив и при памяти, ты сам знаешь, что тебе в этой ситуации делать. Кто-то выключает телевизор, а кто-то говорит: "Привет! Вы меня, наверное, заждались". Все зависит от норм, и от того, что у тебя находится внутри. Если этот человек говорит, что сейчас будет какой-то такой хит, и вы закачаетесь, вот поверьте мне, я не закачаюсь.

Лаэртский: И я тоже не закачаюсь.

Ник: (обращаясь к радиослушателю) Вот вы, наверное, тоже не закачаетесь. Есть люди, которые тоже не закачаются.

Лаэртский: Наша ошибка в том, что мы сузили наш разговор, насчёт восприятия, только до музыки. Тут есть и литература, тут есть и просто, ведь каждый человек одну и ту же берёзку видит по-разному. Кто-то видит и думает: "Щас бы сочка бы соснуть - сокращенно СС, а кто-то думает: какая она красивая! Так что музыка - это только лишь увеличительное стекло, которым можно тестировать даже, скажем, будущих партнёров по бизнесу. Ну согласитесь, человек, который слушает вот этого совершенно, по-моему дэмонического человека, который "Я - бамбук, я - бамбук", не помню имени его...

Ник: Саша его зовут.

Лаэртский: Неважно... и человек, который слушает Тома Уэйтса и понимает его сам - они вряд ли найдут общий язык. Если будет кидалово с чьей-то стороны в дальнейшем - ну не сложно предположить, с чьей, да? (смеётся) - потому что даже сама энергетика - "берёзка", которую взрастил Том Уэйтс - не позволит обмануть, обойтись как-то нечестно с кем-то. Потому что прежде всего - если ты кого-то обманул, ты сам себя обманул. Свою же тушку. А тушка тут вообще на втором месте. На каком втором - на пятом. Напрокат дана тушка.

Ник: Ты знаешь, по поводу телепередач, где директор какой-то, видимо, звезды, условно это так назовём... Я, например, хорошо помню посёлок Стекольный Магаданской области, где я жил и работал грузчиком, стекловату мы грузили, деньги на материк зарабатывал. Я могу совершенно точно сказать, что... естественно, я рассказывал о том мире, в котором долгое время живу, в котором мне уже очень хорошо, скажем так, но нет, естественно, никакого удовлетворения, но хорошо... там очень правильно на всё смотрят, и если, допустим, человек читает какие-то свои стихи или говорит, или поёт - там уже просто само другое восприятие. Я ещё раз говорю - те люди, которые много говорят, пиздят, условно говоря, для меня - ничто. Говорить - не делать. Такая схема и никаких других схем быть не может. У кого-то на пейджере написано "Хозяин" - этот "Хозяин" не понимает, что благодаря ему или отчасти ему появляется то, что это сметёт к ёбаной матери, понимаешь? До тех пор, пока в этой стране, где мы по земле ходим, люди будут играть в некий спорт, который они по ошибке называют шоу-бизнесом... Всё очень просто - появляется дядя, и не просто дядя, а брат по сути, прошу не путать со Старшим Братом оруэлловского "1984", и говорит - ладно, вы тут поиграли: формат - неформат - "наше радио" - "нашествие"... А у меня есть миллионы, я не знаю, куда их потратить. Слышь ты, "хозяин", вот я, например, считаю, что у тебя это всё - фуфло, а не формат. Вот у меня есть миллионы - это я образно выражаюсь - отныне "форматом" будут являться "Sex Pistols", композиции семиминутные...

Лаэртский: Или Башлачёв, скажем...

Ник: А Саша Башлачёв будет везде и всюду. Все - харэ.

Лаэртский: Вот это и называется - навести порядок.

Радостный смех Ника

Ник: То есть если эти отношения строятся только на деньгах - о`кей. Если ты не можешь победить врага, обними его - аксиома. И всё будет просто в поряде и здорово. Только есть одна деталь, о которой не стоит забывать и не стоит опускать. Ой немногие-немногие, которые делали соприкосновения с говном, или с дерьмом, образно выражаясь... ой немногие-немногие оставались при этом в чистом костюме.

Лаэртский: Скажем даже, не то что немногие, а я таких не знаю. Как-то ты это ласково говоришь, ты очень мощная рессора в этом смысле. А я вот не нахожу ни одного такого. Ну ладно, хотя бы вот щас начать с того, что просто официально, указом - ведь есть же в этой стране какой-нибудь министр культуры - запретить хотя бы вот этот "брютню спюрс" - ну просто запретить ее в "ротации"... Начать с этого.

Ник: Кстати, я вот в этом контексте хочу сказать об одном человеке - Артур Струков, это группа "Культурная Революция" - я очень хочу, чтобы эта кассета у тебя появилась, называется альбом "Музыка бунта" - за десять лет моего стабильного прослушивания разных произведений я, наверно, впервые в своей жизни столкнулся с тем, что человек, которого я лично знаю, записал такой класснейший альбом, что у меня даже нет слов, одни эмоции... Ксения, ты можешь дать определение этому альбому? Что-то ты все молчишь, вот ты, Ксения, скажи, потому что мне очень трудно о соратнике, приятеле, друге говорить. Что бы ты сказала об альбоме "Музыка бунта", который вот сейчас появился?

Ксения: (подруга Ника, о присутствии которой в студии до того не догадывались) Первое, что приходит в голову - аналогия - это комиксы. Но не в отрицательном смысле этого слова. То есть, это безумно ярко, это энергично, это действительно музыка бунта. Но она изложена в очень оригинальной форме, по-моему самой подходящей для нынешнего времени...

Ник: То есть о таком изложении поколение совершенно забыло. Это изложение социума в комиксах - очень дерзко, яростно и прямо. Там, например, есть песня:

Хочешь жить - разрушь Америку!
Уничтожь в себе раба!
Над Российскою империей
Вифлеемская звезда.

Причём это на саунде "Sex Pistols", таком мелодичном, есть у них подобная песенка в "The Great Rock'n'Roll Swindle"... Или там:

На нас идут ... моджахеды... актёры, режиссёры...

Лаэртский: Да-да!.. Идут... ломятся.

Ник: Сергей Летов на саксофоне играет у Артурки Струкова, песни на стихи Володи Богомякова, Мирослава Немирова... Я альбом ставлю везде и всюду, смотрю, какая реакция у людей - это просто пиздец. Спасибо, Артур Струков, если ты сейчас слышишь, за этот альбом. К сожалению, я CD оставил в Тюмени... я думаю, если ты захочешь этого человека увидеть у себя - ты наверняка это сделаешь.

Лаэртский: Кстати, ты знаешь, о чём я ещё подумал? Предыдущий звонивший про этого продюсера или директора сказал - "Ну, мы сейчас запишем..." - ты заметь ещё...

Ник: Эфирное время-то проплачено!..

Лаэртский: Это во-первых, но я о другом задумался. Он сказал, что мы запишем песню, которая не то что перевернёт мир, а станет хитом. Песню. Люди уже пишут просто песню... Такого понятия, как записать альбом весь хитовый, нету. (Смех Ника на заднем плане) Мы с тобой, два старых парня, повелись на это, обратили внимание на его слова, а не на форму, понимаешь? Вот срам...

Ник: Да... песню. Песню.

Лаэртский: "Я запишу песню, которая перевернёт мир!" (смеётся)... Труба... Ну что - звонок примем?

Ник: Давай, конечно.

Лаэртский: Здравствуйте, вы в прямом эфире, мы полны к вам внимания.

Слушатель: Здравствуйте, уважаемый ведущий!

Лаэртский: Здравствуйте.

Слушатель: Я поставил своих детей на табуреточку и они будут слушать сейчас стихи, если можно.

Выпадают зубы у меня -
В этом есть какая-то хуйня.
Как же без зубов я буду жить -
Буду плакать, какать и тужить.

Лезут из кишков еды кусочки -
Это вредно действует на почки.
Говорят, что для мозгов хуёвых,
Если ты грызёшь орехи - очень клёво.

В этом для меня не утешенье,
Кушать не могу я чай с вареньем,
Застревают ягоды в межзубье,
В горле застревают кости рыбьи,

Не прожёванные крепкими зубами,
Лишь проталкиваю в горло их деснами.
Ну, а если подавлюсь я зубом,
Скоро стану я холодным трупом.

Лишь забавно, что могу плеваться,
Ну пиздец, ну можно прям усраться.
В этом есть какая-то мудовость,
Это тоже, блядь, ни для кого уже не новость.

Всё равно с мозгами не в порядке,
Иногда люблю кого-нибудь лопаткой
Я хуйнуть - и в этом тоже радость,
Ближним я люблю наделать гадость,

Потому что зависть меня гложет
И чужих зубов здоровье, блядь, тревожит.
Раз своих зубов почти что нету,
Я устрою гадость всему свету.

Я придумал новый сорт конфет,
Пожуёшь - глядишь, зубов уже и нет.
Я и зубодёров ненавижу,
Конкурентов в них себе я вижу.

К космонавтам зависть меня гложет,
Их зубов проблемы не тревожат,
Кашку жрут из тюбика, мудилы -
На зависть всем таким, как я, дебилам.

Лаэртский: Скажите, а как ваше имя, уважаемый поэт?

Слушатель: А... а можно погоняло?

Лаэртский: Ну давайте, да.

Слушатель: Санитар.

Лаэртский: Угу... спасибо.

Ник: По-моему, ты дурак, Санитар. Детей жалко.

Радостное похихикивание Лаэртского

Лаэртский: Следующий телефонный звонок. Здравствуйте, вы в прямом эфире, мы полны к вам внимания.

Слушатель: Ещё раз здравствуйте. Это Женя Поленовский. Меня заинтересовал ваш разговор - действительно, это всё так достало, все эти продюсеры, имиджмейкеры... это такое дерьмо...

Лаэртский: Ещё достали менеджеры.

Слушатель: Я недавно приехал со Смоленска, возвращаясь к теме о провинции... и 4 октября там был концерт Летова. Вот это действительно была настоящая рок-н-ролльная атмосфера. В Москве я такого уже давно не видел.

Лаэртский: Спасибо за ваш комментарий.

Ник: Я не буду спрашивать, что подразумевается под "настоящей рок-н-ролльной атмосферой", я смотрел на видео его выступление в Нижнем Новгороде, когда чувак тупо сидит на табурете, а жлобьё с повязками НБП ходит по сцене... как всегда, народу, "мёртвых чебурашек" очень много, но не в этом дело - дети, по сути... иногда их жалко. Так вот эти ребята ходят по сцене и ногами тычут в лицо - каков поп, таков и приход. Никогда никто меня не убедит в том, что это настоящий рок-н-ролльный концерт. Вот и всё.

Лаэртский: Следующий телефонный звонок. Здравствуйте, вы в прямом эфире, мы полны к вам внимания.

Электродядька: Пожалуйста, ждите - вам подготавливается междугороднее соединение. Пожалуйста, ждите - вам подготавливается междугороднее соединение.

Ник: Вот это, может из Тюмени?

Электродядька: Пожалуйста, ждите - вам подготавливается междугороднее соединение.

Лаэртский: Что-то очень долго... А у механического молодого человека вопроса нет? Да-да-да, алё-алё... Формат, бубёнать!.. Алё? Подготовили или выключить?

Ник: Я не знаю...

Лаэртский: Ну, ты говори - выключить или оставить?

Ник: Давай минуту подождём. Такая вот роскошь у нас.

Молчание и треск

Лаэртский: По-моему, над нами издеваются...

Ник: Ну давай выключим.

Лаэртский: Здравствуйте!.. а вдруг он не издевался?.. вы в прямом эфире, мы полны к вам внимания.

Слушатель: Скажите, а вот говорили про лабораторию рок-н-ролла, у кормила которой стояла Оля Опрятная - вы там участвовали?

Ник: Ха-ха-ха!.. мы только сегодня говорили - правда, не у Сани, а в квартире, в которой мы сейчас живём... да я понял, "рок-блеватория" я ещё это называл. Классный вопрос, я даже догадываюсь, кто его послал. Если это Мишка и Вова - то спасибо. Да, имела место быть такая история в 87-м году - в ДК Горбунова Оля Опрятная решила решить перестройку таким образом - она затеяла рок-фестиваль. Все, естественно, как всегда выстроились, всех разрешили, всё очень здорово, рок-фестиваль, ё-моё... нас разрешили... Вообще стрёмно было - я не давал тогда этому оценку, потому что я только приехал с Хабаровска. А как раз там было первое выступление группы "Чудо-Юдо"... Диму Куропятникова я знаю, он был найден на улице в городе Ленинграде, а потом в 87-м году, когда я прилетел из Хабаровска, увидел его в сопровождении группы "Чудо-Юдо". Тогда был, в общем-то... презервативы надувались, я, как сейчас, помню - вышел я на сцену... представляешь, Саня - я впервые в жизни увидел АППАРАТ!.. Я выхожу на сцену... по мониторам всё пошло... я говорю: "Пиздец!"... а Серж, который сидел на пульте, он, идиот, вместо того, чтобы сигнал потушить, дал его на повтор - "пиздец, пиздец" по залу... меня стащили со сцены, потом я всё-таки снова вышел, попив в гримёрке коньяка, там началась вообще веселуха полная, невозможно это описать... презервативом я лично стучал по голове, думал - свой стоит у сцены, а менты были уже без формы - я бью по голове чувака, думаю - свой, а он на меня смотрит так - мама миа, не свой, это опер оказался...

Лаэртский: В штатском...

Ник: Там полный вперёд, там такой кич-продакшен был, кич-хлёст такой, знаешь... Я выхожу потом в вестибюль, ко мне подходят люди в штатском, всё нормально - говорят: "Та-а-ак, это вы сейчас на сцене были?" Я говорю: "Я на сцене не был, я из Хабаровска прилетел. Я из рок-клуба (радостный смех Лаэртского), это что у вас за безобразия происходят? Я теперь понимаю ребят с Люберец, я их теперь прекрасно понимаю... Я приехал из Хабаровска..."

Лаэртский: И что я тут вижу, понимаешь!

Ник: Они уже извиняться начали - тут меры трудно принять, уследить невозможно... хотя у меня внешний вид - полный вперёд, я тогда на Тишке одевался... но тут Авария, дура, идёт, говорит: "Колька-а! Рок-н-Ролл! Класс, ты молодец, давай забухаем!!!" Они говорят: "Так вы были на сцене?" Ну, я... Меня приводят в кабинет, там Оля Опрятная рыдает, говорит: "Ты откуда на мою голову?" Я говорю: "Как всегда, с неба". Я не считаю, что это была какая-то продуманная акция - я не буду говорить там "Рок-блеватория", "рок-лаборатория"... Я, например, доподлинно знаю, что клуб "Форпост", оказывается, был первым рок-клубом в Москве на самом-то деле.

Лаэртский: Ты имеешь в виду, который на "Спортивной"?

Ник: Да...

Лаэртский: НЕ-Е-ЕТ! Первым был всё-таки Sexton Fo.Z.D.

Ник: Нет, имеется в виду... "Секстон", он появился где-то в 90-м году, а этот в 83-м... был первый рок-клуб. Если говорить об историческом аспекте...

Лаэртский: Ну тогда я не знаю... может быть... не буду, некомпетентен.

Ник: Хотя Саню Агеева я очень давно не видел и рад был бы его увидеть - очень уважаемый мною человек, он не успел мне ничего плохого сделать...

Лаэртский: У меня была история, сейчас её можно рассказать. В своё время, когда я выпустил "Детства Чистые Глазёнки" пластинку, я ему подарил. Говорю: "На, Саня, кассету, только давай так - это не для тиража, а именно твоя кассета". А где-то спустя месяц вышел журнал "Колокол" - там на втором месте этот альбом. Я не хвастаюсь, место неважно - просто человек всё равно пустил в тираж. Для меня это не совсем хороший показатель. Хотя я относился к нему очень хорошо и до сих пор хорошо отношусь - но так не делается.

[...]

Лаэртский: И у нас остаётся всего 10 минут, которые я бы хотел потратить на ваши вопросы сегодняшнему гостю.

Электротётка: Телефон прямого эфира - 203-19-22.

Лаэртский: Доброй ночи, вы в прямом эфире, наше внимание беспредельно к вам...

Слушатель: Доброй ночи. Я тоже имел отношение к рок-лаборатории, пересекался с Олей Опрятной, один из первых тарифицированных диск-жокеев СССР ещё. Я из Дубны, первая дискотека у нас была ещё в 73-м году. В то время мы бескорыстно занимались, что называется, культуртрегерством на чистом энтузиазме. Пытались как-то воспитывать там, чего-то там прививать, какую-то там чисто музыкальную культуру. А что делаете вы, кроме как глубоко за полночь... для кого вещая, непонятно?

Лаэртский: Вопрос понятен. Открою секрет. Ни для кого мы, естественно, не вещаем. Просто красивые девки приходят сюда, делают нам в данный момент массаж, наши ноги стоят в тазах с тёплой водой, как я уже говорил. Периодически, во время новостей мы выходим и готовим еду для утренней смены - это очень дружная радиостанция. Также иногда кидаем ножи в специальную деревянную дверь, снятую с офиса одного олигарха - только ради этого мы приходим сюда. Следующий звонок. Доброй ночи, вы в прямом эфире, наше внимание к вам беспредельно.

Слушатель: Алло, это я?

Лаэртский: Да-а-а!!!

Слушатель: Значит так, прежде чем задам вопрос - вот тут Николай сказал такую вещь: "Жалко" - он несколько раз это повторил. Значит - жалко у пчёлки, пчёлка на ёлке, ёлка в лесу...

Ник: Санитар, я тебя узнал... ты будешь крепко спать. Я тебя поздравляю.

Лаэртский: Надо к человеку обратиться. Дружище, ну успокойся - всё у тебя получится... Здравствуйте, вы в прямом эфире, мы полны к вам внимания.

Слушатель: Здра-вствуйте! Вот у меня в процессе беседы родился... родилась такая вот идея... (вздыхает)

Лаэртский: Будьте здоровы!

Слушатель: Да, спасибо...

Ник: Живит-те богато!

Слушатель: Я сам... э-э-э... принадлежу к тому самому базетическому поколению, которое вы так... э-э-э... клеймите...

Ник: Не клеймим, а заставляем есть собственный кал.

Смех Лаэртского

Слушатель: Спасибо.

Ник: Не за что, не за что. Привет говноедам!

Слушатель: Здравствуйте.

Радостный смех Лаэртского

Ник: Купился!

Слушатель: Так вот в чём состоит идея моя...

Ник: ...прелестный незнакомец...

Слушатель: Меня Иван зовут...

Ник: Ванечка!.. Ванюша. Спит Ванюша в ямке. Ну, ну... Всё, Вань - вопрос! Вопрос - ответ.

Слушатель: Вопрос, да. Как бы... каков выход... выход в этой ситуации, что... э-э-э... вот...

Лаэртский: Понятно, Ваня. Извини, что я тебя выключил. Главное, никуда не звони в течение двух часов. Попробуй справиться с этой ситуацией сам. Заткни чем-нибудь это там. С утра вызовешь спецслужбы: они всё починят, всё сделают. Не надо самому справляться с подобного рода происшествиями. Доброй ночи, вы в прямом эфире, мы полны к вам внимания.

Слушательница: Алё?

Лаэртский: Здравствуйте. Говорите. Давайте мы будем звать Точкой вас. Почему Точка - потому что ваш звонок в сегодняшнем прямом эфире, видимо, будет последним. И хотелось бы, чтобы вы были такой жы-ырной точкой... ну понимаете, с точки зрения...

Слушательница: Я постараюсь... как можно более жирной...

Лаэртский: Да!

Слушательница: Я хотела бы заметить... я тоже принадлежу к поколению, которое, как сказал предыдущий товарищ...

Лаэртский: Базетических.

Слушательница: Да... я не знаю, к теме о всяких этих девочках-звёздах - критерий музыкальный является критерием отбора - если бы этого не было, если запретить всё "форматное", то очень тяжело будет ориентироваться в людях.

Ник: Можно задать вполне риторический вопрос - а кто, собственно говоря, позволил очерчивать круг? Я до сих пор не понимаю - кто вообще смеет изобретать такую вещь, что надо, оказывается, разбираться в людях? Будьте молоды, красивы, весёлые будьте, сексуальные, чёрт побери...

Лаэртский: Да-а-а-а!!!

Ник: ...это наипервейшее, на самом деле... и всё вам будет, если вы умеете летать, если вы можете летать. Если вы ходите по земле - ходите так, чтобы после вас не было каких-то, извините, навозных куч. Хотя буддисты говорят, что из навозных куч появляются цветы...

Лаэртский: Что я сейчас услышал - позвонившая очаровательная особа была всё-таки запятой... а точку поставил ты. То есть вы сделали следующее - точка с запятой, значит, продолжение, бубёнать, следует! Но оно в следующий раз последует. Был очень рад тебя наблюдать...

Ник: Заметь, мы не изменились. Изменился наш внешний вид и наше окружение. Я о тех девушках, что сейчас, к сожалению, уходят...

Лаэртский: Ну конечно! Потому что они пошли прогревать наши автомобили. Надеюсь, ты ещё здесь появишься неоднократно. Удачи... ну и всё такое.

Ник: Пока.

Лаэртский: Пока!
 

 1   2   3 

 

  laertsky.com  |  монморанси  |  2000
продукция
Условия
Футболки
mp3 Лаэртского
mp3 Монморанси
mp3 Silver Rain
Видео и прочее
Фоновые картинки
Рингтоны
игры
Убей телепузика!
Настучи по щщам
Дэцылл-Киллер
Долбоёбики
Охота на сраку
прочее
Читальный зал
Музей сайта
Гостевой стенд
Картинки недели
Архив рассылки
Голосования
"Месячные"
подсчетчики

 

 

Александр Лаэртский: laertsky@mail.ru. Администрация сайта: vk@laertsky.com.
По всем деловым вопросам пишите на любой из этих адресов.
При использовании оригинальных материалов сайта просьба ссылаться на источник.
Звуковые файлы, размещённые на сервере, предназначены для частного прослушивания.
Несанкционированное коммерческое использование оных запрещено правообладателем.
  laertsky.com     msk, 1998-2017