laertsky.com
Главная страница
Карта сайта
Форум
лаэртский
Дискография
Песни и аккорды
Стихи und поэмы
Альбомы в mp3
Лаэртский Бэнд
Голоса Родных
Концерты
Акварели
Wallpapers
Ответы на письма
Бесило-Радовало "Медведь"
со стороны
Переводы
Видеозаписи
Радиоэфиры
Публицистика
Иллюстрации
Подражания
монморанси
О программе
Эфиры 1992-95
Эфиры 1996
Эфиры 1997
Эфиры 1998
Эфиры 1999
Эфиры 2000
Эфиры 2001
Silver Rain
Заставки
Терминология
Сайты гостей
реклама
laertsky.com  |  хуёвая книга  |  глава 19  


Глава 19. Говно на лопате

Бывают на свете мудаки. Они существуют объективно, вне зависимости от нашего сознания и даны нам в не очень приятные ощущения. Мудака можно увидеть, пощупать, послать на хуй, взять анализ кала. Но мудака нельзя полюбить беззаветной любовью, его нельзя убедить и что-либо мудаку доказать. Соломонов мудак. Один из прославленного племени Мудаков. Он ведь что сделал - принес на лопате говно от коровы и...

Не знаю, будет ли такое в будущем и как долго, но в застойные годы студентов посылали осенью в колхозы убирать с полей урожай картошки. Поехали и мы. Очень строго. Пить нельзя, утром линейка, из расположения отряда не отлучаться, наряди, планы, дисциплина. Полувойна. Поэтому до магазина в ближайшую деревню, расположенную в трех километрах, мы с Яшей ходили по-партизански. Чуть завидим вдалеке какую-нибудь черную "Волгу" - сбегаем с шоссе и залегаем в кювете. А вдруг начальник?! Засечет - выебет. Такая у начальника работа. Сечь да ебать. Жрать да пить.

Мы работали на сортировке. Есть такой агрегат, трудится от электричества. Картошка высыпается в бункер посредством самосвала, затем транспортерной лентой подается на сортировочные ролики, где сортируется по размеру и развозится боковыми транспортерами. Земля - в одну сторону, мелочь - в другую, крупняк - в третью. И у бокового транспортера стоит живой человек с мешком и пара других еще, выбирающих с ленты крупные комья земли, которые сортировка не отличает от картошки. У ленты транспортера существует две скорости: большая и охуенная. На охуенной скорости сортировка въёбывает так, что не успеваешь мешок подставить, как уже пора с мешком уебывать, ибо наполнился. Хуяришь, как электрон на орбите. А ручные сортировщики не успевают выбирать комья земли. Короче, кто не был, тот будет, кто был, не забудет

Таких сортировок было две. На одной, где работал я с Яшкой, компания подобралась сволочнейшая. Соломон, Марципан и другие лентяи да двоечники. Мы с Яшей там были как два жемчужных зерна в навозной куче. Этого было слишком мало, чтобы облагородить всю кучу. Поэтому вся бригада работала как кодла зеков, как огрызающийся тигр в цирке, из-под палки, злобно задевая друг друга. Недаром колхозный дед-механик, присматривающий за сортировками, говорил о нашей бригаде:

- Работают как пленные.

В нашей бригаде вполне могли затравить слабого, а один раз чуть не облили керосином крысу с целью сделать из нее живой факел. Благо я шуткой тут же увел разговор в сторону и не дал этой мысли воплотиться.

На другой же сортировке сложилась компания людей более интеллигентных, более интеллектуальных, с лучшим воспитанием, хорошо успевающих по всем предметам. Поэтому они работали не как огрызающиеся друг на друга волки, а дружно и почти задушевно. Как будто в шляпах.

Как-то случился такой казус: не помню уж по какой причине один КамАЗ, нагруженный отсортированной картохой в мешках, на приемке развернули. Вечером, перед ужином, нас всех вызвал начальник отряда Плавкий, построил и повел психическую атаку:

- Произошло ЧП! Нам вернули один КамАЗ с картошкой из-за ...

(Хуй знает чего, какой-то нашей хуевой работы, земли что ли в мешках много было, якобы...)

Потом выяснилось - мы не виноваты, но что в тот момент оставалось делать Плавкину? Только давить, только нагнетать, только пробуждать комплекс вины, только угрожать отчислением. Чтобы возврат ночью на сортировку казался нам меньшей неприятностью.

Хотя это была большая неприятность. Перед ужином мы возвращались с сортировок с черными от пыли лицами, мокрыми от пота портянками, которые едва успевали просохнуть к утру. Мы снимали грязные телаги, портянки и сапоги, тащили все в сушилку, умывались ледяной водой и с наслаждением переодевались в теплое и сухое. До утра. И, казалось, не было силы, способной заставить нас снова одеть стылые, мокрые, грязные тряпки и уйти в ночь, под собирающийся дождь. Тем более после сытного ужина, когда хочется полежать на койке в светлом и сухом бараке.

Но такая сила была - блядский хитрый Плавкий. Наши две бригады - злые волки и нежные овцы, черные и белые, ошую и одесную - стояли перед ним и мучительно размышляли: с чьей же сортировки был развернутый КамАЗ, кому идти разгружать?

"Наверняка наша сволочная бригада напортачила", - стоя в строю, думал я, не волк по натуре, но жизнью загнанный к волкам и, как человек с сильной социальной мимикрией, начавший по волчьи выть и огрызаться. Чтоб не сгрызли, чтоб приняли хоть и не в стаю, но за похожего.

- Сейчас пойдем разгружать, - тоскливо клацнул мне на ухо зубами Марципанов. Плавкий порылся в каких-то бумагах:

- КамАЗ со второй сортировки. Вторая сортировка идет разгружать после ужина.

Наша волчья сортировка проходила под номером 1. Божья кара по какому-то недосмотру пролетела над головами адских грешников и поразила святых и ангелов.

- Фф-у-у! У меня прям от сердца отлегло! - бегал по лагерю гадостный Марципан. - Я уж думал, сейчас, блядь, пиздец, на куй, все оборвалось до самой жопы... думал, блядь, пойдем разгружать это говно...

Наша черная бригада еще сидела и жрала ужин, когда подошел группен-капо - староста группы и одновременно бригадир 2-й, "белой" сортировки Игорь Марков.

- Ребята с первой сортировки, мы просим вас помочь нам раскидать машину. Кто?..

Мы позорно молчали. Марков окинул нас глазами и ушел. Я оглядел длинный стол. В волчьих головах шел умственный процесс, пленные что-то решали.

Решал и я. Если бы в той бригаде, среди этих чистюль не было Бена... Если бы просил не Марков, а кто-то другой... Перед Марковым мне было отчего-то стыдно. Чувак авторитетный. Он и по возрасту, и по жизненному опыту, по характеру в нашей студенческой группе был шишкой. Ему ведь к тому времени (пало уже до хуя лет - 23. Старик. Мужик он был тертый, крепкий, справедливый. И я внутренне тосковал от неизбежного ужаса - снова портянки и в ночь.

Я встал из-за стола:

- Пошли, Яшка!

Яшка застонал, запричитал и поплелся переодеваться.

...Чуть-чуть позже нас к КамАЗу подошли Соломон и Марципан. Марципана чуть ли не насильно привел Соломон. Что-то взыграло в проебце уебищ. За 20 минут раскидали КамАЗ, а на обратном пути ливануло, и мы прибрели в сушилку мокрые до трусов (включительно), и Соломон, дрожа от холода, раздеваясь, пел: "А у меня волшебные трусы, завидуют все белки и жучки..." Там же в сушилке Марков сказал нам свое человеческое спасибо:

- Да!.. Ребята с другой сортировки, спасибо вам...

Приятно, хули.

По случаю такого героизма начальство даже официально разрешило нам выпить. Но ни у кого ничего не было. А жаль. Это был единственный случай в моей жизни, когда мне действительно хотелось выпить не психологически, а прямо-таки физиологически, брюхом. А потом завернуться и уснуть в тепле. Чтоб завтра с утра снова пойти на эту срань.

Заместителем начальника Плавкина по комсомольской линии был некто аспирант Круглов, козлина комсомольская. Больше всех он там выебывался, строя из себя начальство. Деревенские его, мудака, тоже не любили. Он там вроде бы даже какому-то деревенскому джигиту пизды дал по комсомольской линии. По ебальнику, с комсомольским приветом. А тот парень обиделся, взял где-то старую ржавую лимонку Ф-1 и пришел выяснять отношения с Кругловым. Круглов обосрался, забежал к нам в казарму и залез под самую дальнюю кровать, спрятался, значит, от гранаты. (Кстати, насчет кроватей Круглов утверждал, что они должны быть отодвинуты друг от друга на 40 сантиметров - среднюю длину полового члена. Комсомольский демократический шутник). А тот обиженный парень все ходил с лимонкой в руке, держась за кольцо, искал Круглова и хотел его взорвать к хуям за нанесенное оскорбление. Горская кровь ударила в голову колхознику. Пьяный он был, забыл, что у оборонной Ф-1 радиус разлета осколков 200 метров. Полбарака, к ебени матери...

Но я тогда всего этого не знал еще, а просто лежал на койке и читал книгу. Вдруг вижу - вбегает Круглов, бежит по казарме и лезет под самую дальнюю кровать. Я .конечно, ничего, читаю дальше: комсомольский работник, мало ли, может, им так положено. Большой демократичный шутник. Это только потом выяснилось, что в комсомольца Круглова кулаки хотели гранатку бросить.

Деревенские студентов почему-то не любили, один раз даже входную дверь замотали какой-то хуйней, изнутри не открыть. А мне в ту ночь как раз ссать захотелось. Вышел я в предбанник, куда выходят еще 4 двери из длинных комнат-казарм, а входная дверь не открывается. Тьма. Я уж шарил-шарил в поисках запоров или выключателя какого ни на есть - ничего не нашел! Ну что делать? В форточку ссать? Невозможно: высоко, не доссу. Не ссать вовсе? Не уснешь. Взял да и поссал в притолку запертой двери. И уснул. А утром никто даже ничего не заметил! Помню, нее только возмущались злобной деревенщиной: закрыли, а если б пожар, а если кому бы ночью поссать приспичило? Ну, насчет поссать не знаю, а если пожар, тогда, конечно, в окна...

Тот самый говеннолопатный случай произошел в предпоследний день. Получилось так, что мы - бригада с первой сортировки работали на второй сортировке, а "ангелы", кажется, в поле пахали. Следующий день был последним днем пребывания в колхозе. И после работы взыграли волчьи инстинкты. Взяли наши придурки да и сожгли старый диван, валявшийся у второй сортировки. Соломон принес говна на совковой лопате и аккуратно положил его на выходной рукав транспортера. Завтра, мол, в последний день его "ангелы" включат, а мимо сортировщиков вместе с картошкой проплывет чуть подсохшая коровья лепеха. Сортируй, брат! А может и в мешок с бульбой упасть, если сразу на охуенной скорости впустить. Кроме того, Соломон тем же говном испачкал пусковую кнопку сортировки.

На следующее утро колхозный дедушка при всей ихней бригаде, ждущей пуска установки, нажал кнопку "пуск".

- Что это? - подслеповатый ветеран войны принюхался к большому пальцу и произнес с оттенком удивленного узнавания.

- Говно... натурально.

А потом то же зеленое говно выплыло на транспортер. Но их более всего допекла именно кнопка. Вечером эти деятели со второй сортировки начали угрюмо допытываться, кто же измазал говном кнопку. Более всех в дознавании усирался некий Бурдов. Думаю, если бы он работал в нашей бригаде, был бы обычным серым волком. А там он прикидывался овцой, как мы с Яшей здесь косили под волков.

- Дима, - наседал Бурдов на Яшу. - Говори, кто кнопку говном измазал?

Но все равно мы не выдали этого мудака-говномаза Соломона, хоть и не одобряли его исканий.

(Но дедушка колхозный тоже хорош. Он однажды выпил Яшин огуречный лосьон из моей пластмассовой кружки. Я прихожу - ба! - кружка зело лосьоном отдает. Яша приходит - ба! - пузырек пустой. Так и выбросили оба предмета).

Я так скажу: колхоз - это не рай господень. Не рай ни хуя. Нет, там жить можно было бы, если бы не работать. А так - вечером придешь, поужинаешь и спать, а утром снова на работу. Либо на сортировку, либо в поле. Скучно, когда голова простаивает.

Все ужасно стремились побыстрее эту каторгу закончить, безбожно клевали на грязные плавкинские обещания отпустить всех пораньше за хорошую работу. Клевали, в смысле верили, а не в смысле лучше работали. Работали обычно, то есть по-социалистически, то есть хуево: треть, наверное, картошки в поле оставляли.

Все приличные люди сходились на том, что если бы отпустили нас вдруг пораньше, пешком бы до дому ушли! А это очень далеко!

Вывод: студент работать не любит, Студент работать не хочет. Такая тварь. Все бы ему мозги ебать.

Далее     Назад     Оглавление

 

  laertsky.com  |  хуёвая книга  |  глава 19
продукция
Условия
Футболки
mp3 Лаэртского
mp3 Монморанси
mp3 Silver Rain
Видео и прочее
Фоновые картинки
Рингтоны
игры
Убей телепузика!
Настучи по щщам
Дэцылл-Киллер
Долбоёбики
Охота на сраку
прочее
Читальный зал
Музей сайта
Гостевой стенд
Картинки недели
Архив рассылки
Голосования
"Месячные"
подсчетчики

 

 

Александр Лаэртский: laertsky@mail.ru. Администрация сайта: vk@laertsky.com.
По всем деловым вопросам пишите на любой из этих адресов.
При использовании оригинальных материалов сайта просьба ссылаться на источник.
Звуковые файлы, размещённые на сервере, предназначены для частного прослушивания.
Несанкционированное коммерческое использование оных запрещено правообладателем.
  laertsky.com     msk, 1998-2017